После этого Красная Армия смогла достичь всеобъемлющего превосходства над Германией. Тому более всего способствовали усилия советского народа, привлечение богатейших ресурсов страны и помощь союзников — Британии, Франции и Соединённых Штатов. Перемещённая на восток советская промышленность производила теперь вооружения и боеприпасы в достаточном количестве, в том числе танки Т-34 и миномёты «катюша». Они превосходили по своим качествам любое немецкое оружие. Всё чаще и чаще Красная Армия превосходила вермахт по численности войск, их снаряжению и воздушному прикрытию. Всё это было продемонстрировано в огромной танковой битве под Курском в июле 1943 г. Тогда немцы впервые понесли поражение от рода войск, который всегда был их коньком, — от мобильных бронетанковых соединений. Не обходилось и без неудач — так, например, весной 1943 г. немцы на несколько месяцев смогли взять Харьков. Но в целом было уже ясно, что в конце концов победят Советы, особенно после того, как союзники всё-таки открыли в июне 1944 г. во Франции Второй фронт.
Наступление Советов было медленным и в целом методичным. В отличие от своих германских противников советские командиры не пытались вести молниеносную войну, но предпочитали хорошо подготовленные, обдуманные и массовые наступления в тех местах, где Красная Армия имела какие-то преимущества. Следует сказать, однако, что в её стратегии была некоторая странность. Летом 1944 г. Красная Армия прекратила наступление на северном фронте, остановилась неподалёку от Варшавы и вместо того, чтобы двигаться прямо на Берлин, всю осень и большую часть зимы вела бои на Балканах. Вероятно, в этом случае Сталин руководствовался политическими соображениями. Основной силой польского сопротивления была антикоммунистическая Армия Крайова, и когда в августе 1944 г. началось варшавское восстание, Сталина вполне устраивало, чтобы обременительная задача его подавления легла на немцев, в то время как он будет освобождать Румынию и Венгрию. Возможно, именно для того чтобы лишить Армию Крайову помощи со стороны союзников, Сталин запретил американским и британским самолётам садиться вблизи советской линии фронта.
Только в середине января 1945 г. возобновилось наступление в Польше — к тому времени повстанцы были уже уничтожены. Это наступление привело Красную Армию в апреле 1945 г. в Берлин. Затем последовало самоубийство Гитлера и окончательная капитуляция Германии 9 мая 1945 г.
В период, непосредственно предшествовавший началу войны и в первые её месяцы советская система в наибольшей степени проявила присущие ей косность и неповоротливость. Действительно, велась серьёзная подготовка к войне — она, конечно же, началась сразу после прихода Гитлера к власти в январе 1933 г. Но приготовления эти нередко были плохо продуманы и выполнялись отнюдь не на должном уровне. Отчасти это объясняется тем, что Сталин уничтожил во время чисток 1937–38 гг. своих лучших командиров. Другой причиной, возможно, стало то, что после заключения в августе 1939 г. нацистско-советского пакта Сталин свято в него уверовал и считал, что он обеспечивает постоянную — или по меньшей мере на несколько лет — безопасность Советскому Союзу, а за это время вооружённые силы страны станут более мощными.
Красная Армия, которая в июне 1941 г. приняла на себя всю мощь германского удара, едва ли не с самого момента своего рождения имела парадоксальные, а подчас и напряжённые отношения с обществом, частью которого она была, и с политическим руководством, которому подчинялась. С другой стороны, армия была одним из формационных институтов общества, и она глубоко влияла в двадцатых-тридцатых годах и на партию, и на государство. Ранее мы уже имели возможность убедиться в том, что армия снабжала партию кадрами. В 1928 г. Ворошилов подсчитал, что две трети председателей сельских советов РСФСР в прошлом служили в Красной Армии. Тем не менее после провала политики создания «трудовых армий» в 1920–21 гг. армия больше никогда не становилась рабочей моделью для построения нового общества так, как это впоследствии было в Китае или Вьетнаме. В то время как коммунистическое ядро в армии всячески поддерживалось и поощрялось, политические лидеры никогда не забывали, что большинство офицеров и солдат происходило из имущих классов общества — это были военспецы из бывших офицеров и крестьяне — и в лучшем случае равнодушны, а в худшем враждебны к режиму. В особенно мудрёных операциях, вроде подавления антоновского восстания в Тамбове или Кронштадтского совета[16], вместо обычных солдат использовались специальные части ЦК и партийные активисты. Более того, после окончания гражданской войны армия была очень быстро демобилизована и её численность составила одну десятую от общего количества её личного состава в 1920 г. Военспецы были на время оставлены в армии — до тех пор, пока не появилась возможность заменить их молодыми офицерами из комсомола.