История Центральной Европы с древних времен до ХХ века

В это же время король Польши положил конец сотрудничеству Матвея (Матьяша) Корвина с Тевтонским орденом, вынудив Великого магистра уважать договор. Но ни Казимиру, ни его сопернику не удалось прийти к долговременному соглашению с третьей силой, которая была заинтересована в престолонаследии Чехии, – Габсбургами. В том, что на практике представляло собой трехсторонний конфликт, император Фридрих III при поддержке к концу своего правления своего более талантливого сына Максимилиана противостоял обеим ненемецким державам, но стал свидетелем того, как большая часть его собственной Австрии, включая Вену, в конце концов была оккупирована венгерскими войсками.

Однако главенствующее положение Венгрии в Дунайском регионе закончилось со смертью Матьяша Корвина в 1490 г. Теперь Габсбурги и Ягеллоны открыто противостояли друг другу и заявляли свои права на его наследство. Венгры, боясь власти немцев, решили в пользу польско-литовской династии. К сожалению, существовало еще соперничество между двумя сыновьями короля Казимира. Младший сын Ян Альбрехт сначала при поддержке отца, а позднее действуя самостоятельно, потерпел поражение от гораздо более сильных сторонников своего брата Владислава Чешского, который, как должным образом избранный король Венгрии, в 1491 г. объединил эти две страны. Такое решение также положило конец территориальному разделению земель Чехии, и все они были заново объединены вокруг Праги, а их общий правитель занял свою резиденцию в Буде. Вскоре он примирился со своими отцом и братом, и династический план Казимира, казалось, был полностью выполнен, когда старый король умер в 1492 г., справедливо тревожась новым развитием событий на Востоке.

ГОСУДАРСТВЕННАЯ СИСТЕМА ЯГЕЛЛОНОВ (1492)

«Восточные» вопросы в XV в

Так называемый «восточный» вопрос возник не с упадком Османской империи, а скорее с ее подъемом, и одновременно с этими событиями в Юго-Восточной Европе аналогичные проблемы появились на северо-востоке этого континента. Ведь давление Азии на Европу никогда не ограничивалось регионом вокруг проливов и обычно оказывалось не менее опасным на широких равнинах к северу от Черного моря в зоне перехода между собственно Европой и Евразией. В обоих случаях Центрально-Восточная Европа, открытая таким серьезным опасностям с двух сторон, была главной жертвой.

В 1453 г. Византийская (Восточная Римская) империя, которая никогда не представляла реальную угрозу ни одной стране за пределами ее первоначальных границ и за последние века своего шаткого существования отказалась от идеи отвоевания своих утраченных территорий, сменилась агрессивной, по-настоящему империалистической державой, которая после завоевания Балканского полуострова пыталась проникнуть в Дунайский регион. За годы, последовавшие за падением Константинополя, турки не только оккупировали последние греческие государства – Морейский деспотат на южной оконечности Балканского полуострова и Трапезунд-скую империю в Малой Азии, но и завершили уничтожение Сербии и изолировали последние силы сопротивления в Албании – горном регионе, который героически защищал Георг Кастриоти (Скандербег) и который, как и Черногория, так и не был полностью покорен даже после его смерти. Турки очень скоро направили свои набеги вглубь соседних стран. Однако в то время как Турецкая оккупация итальянского Отранто в 1480 г. оказалась лишь временной и хотя вторжения в пограничные регионы Венеции и Австрии представляли собой больше неприятные эпизоды, нежели реальную опасность, Венгрия и Дунайские княжества находились в критическом положении.

Страна династии Хуньяди была все еще достаточно сильна, чтобы защищать свою границу на Дунае даже после периодических поражений и удерживать плацдарм на территории Боснии. Однако два княжества – Валахия и Молдавия, которые в XIII и XIV вв. были созданы предками румын, но редко объединялись друг с другом, были вынуждены искать защиты у более крупных христианских государств, чтобы не оказаться под властью султанов. Ближайшим из таких соседей, также заинтересованным в том, чтобы остановить нашествие османов, была на самом деле Венгрия, в которой было многочисленное валахское население в Трансильвании. Но, несмотря на тесные исторические узы (сами Хуньяди имели валахские корни), между румынами и мадьярами, которые хотели присоединить оба Дунайских княжества к короне святого Стефана в качестве вассальных территорий, никогда не было никакого реального взаимодействия.