Историки Французской революции

Madame Zamoyska et moi nous espérons que vous pourrez venir à Toulouse dans la deuxième moitié de janvier, c’est-à-dire, plus précisément après le 16 janvier (car je serai absent le 15 et le 16), à une date de votre choix, mais de préférence un jeudi ou un vendredi.

Tous vos frais de voyage et de séjour seront bien entendu, à la charge de l’Université de Toulouse-Le-Mirail.

Croyez, mon cher Ami, à l’assurance de mes sentiments les plus cordiaux, et à tous mes vœux pour 1973.

[signature] Jacques Godechot

13

Toulouse, le 13 juin 1975

Mon cher Ami,

Je vous remercie beaucoup de m’avoir envoyé l'Annuaire d'études françaises[909] avec une si aimable dédicace. Heureusement pour moi, chaque article est suivi d’un bon résumé en français ce qui m’a permis de prendre connaissance des intéressants travaux publiés dans cette revue.

En attendant le plaisir de vous revoir bientôt, j’espère,

Croyez, mon cher Ami, à mes sentiments les plus cordiaux.

[signature] Jacques Godechot

14

Toulouse, le 4 septembre 1975

Mon cher collègue et ami,

Je suis heureux de vous informer que la Commission internationale d’Histoire de la Révolution française qui s’est constituée le mardi 26 août 1975 à San Francisco vous a élu membre de son bureau[910]. Je vous en félicite et je vous adresse ci-joint le procès-verbal de la séance[911].

Croyez, mon cher Collègue et ami, à mes sentiments les plus cordiaux.

Le président[912],

[signature] Jacques Godechot

15

Toulouse, le 17 août 1976

Cher ami,

J’apprends par Daline que vous allez avoir 70 ans le 28 août et je viens vous présenter à cette occasion mes vœux les plus cordiaux et les plus sincères de bon anniversaire. Moi-même, j’attendrai cet âge le 3 janvier prochain, nous sommes donc contemporaines et je sais les avantages et les inconvénients qu’il comporte.

J’ai beaucoup regretté de ne pas vous avoir rencontré en mai dernier à Dijon. Mais ma femme devait précisément quitter l’hôpital et rentrer à la maison le jour du colloque de Dijon[913], de sorte qu’il m’était tout à fait impossible de quitter Toulouse ce jour-là. Mon ancien élève et assistant Carbonell m’a dit qu’il avait été heureux de faire votre connaissance et m’a rapporté l’essentiel de ce qui a été dit au colloque.

J’espère que, malgré l’âge qui s’accroît, nous aurons l’occasion de nous rencontrer de nouveau[914], et, en attendant, je vous prie d’accepter encore toutes mes félicitations et de croire à ma cordiale amitié.

[signature] Jacques Godechot

Глава V Письма советских историков к А.З. Манфреду[915]

Недавно мне предоставилась прекрасная возможность поработать в богатейшем личном архиве выдающегося советского историка Альберта Захаровича Манфреда (1906-1976), хранящемся в Научно-исследовательском отделе рукописей Российской государственной библиотеки. Одно лишь ознакомление с многочисленными описями архива дает представление об удивительной широте его разносторонних связей, как в советском научном сообществе, так и за рубежом.

А.З. Манфред, по свидетельству его коллег и учеников, был человеком старой закалки, что проявлялось в некоторой «старомодности» его манеры держаться, в его подчеркнутой галантности по отношению к окружающим, и прежде всего к представителям прекрасного пола[916]. Ему, как и некоторым другим представителям его поколения, например таким известнейшим историкам, как В.М. Далин и А.Р. Иоаннисян, с которыми я работал и общался долгие годы, было также присуще трепетное отношение к поступающей корреспонденции.

Долгие годы работая под руководством В.М. Далина, я наблюдал за тем, с каким уважением этот маститый историк, находившийся уже в преклонном возрасте и широко признанный во всем мире, относился к своим корреспондентам, в том числе к незнакомым, начинающим исследователям. Он бережно хранил все поступавшие от них письма. Такое же отношение к корреспонденции в равной степени было характерно и для А.Р. Иоаннисяна, в чем я убедился после ознакомления с сохранившимися в его личном архиве многочисленными письмами его коллег, начиная с Ф. Броделя и А. Собуля и кончая не знакомыми ему людьми.

Богатый архив А.З. Манфреда свидетельствует о том, что и он в данном отношении ничем не уступал своим друзьям. Помимо крупнейших западных историков (Ф. Бродель, А. Собуль, Ж. Годшо, Ж.-Б. Дюрозель, В. Марков и др.), среди его многочисленных корреспондентов были видные французские политические деятели (М. Торез, Ж. Коньо, Ж. Дюкло), известные советские ученые (академики П.Л. Капица, И.Н. Векуа) и писатели (И.Г. Эренбург, К.М. Симонов).