Иван Жолтовский. Опыт жизнеописания советского архитектора

Настоящий же парадокс обнаруживается в том, что эта фирма Жолтовского во второй половине 1940-х – 1950-х годах действительно была наделена признаками «личной академии». И дело даже не в том, что при отсутствии собственно учебного процесса, с его динамикой, в ней господствовал авторитет определенной традиции, а в том, что финальным эпизодом «обучения» оказалась зарубежная поездка. Подобно выпускникам старых художественных академий, среди которых не составляла исключения и Императорская в Петербурге, сотрудники мастерской-школы (с формально уже в ней не работавшим Ю. Н. Шевердяевым) в 1957 году посетили Италию. Это был поистине царский подарок со стороны Жолтовского, который при первых веяниях «оттепели» начал хлопотать о возможности такого путешествия для своих подопечных.

В условиях холодной войны и всеобщей подозрительности вопрос о поездке архитекторов в западную капиталистическую страну, разумеется, не мог быть решен сразу и положительно. В 1953 году сотрудниками Жолтовского был создан альбом шаржей под знаменательным названием: «Отчет о творческой командировке учеников мастерской-школы в Рим, Флоренцию, Неаполь и Венецию, или Правдивая повесть о том, чего не было, но может быть». В предисловии, пародирующем вступительную главу «Четырех книг об архитектуре» Палладио, говорится:

Побуждаемые прирожденной любознательностью и желанием видеть все собственными глазами, давно задумали мы совершить путешествие в Италию ‹…› На воздушном корабле нашего воображения мы отправимся в ту страну, залитую солнцем и сверкающую всеми красками мечты, в которую всегда были устремлены наши желания[214]

.

Воображаемое «путешествие» представлено в альбоме со множеством анекдотических деталей. Но Иван Владиславович подошел к делу вполне серьезно, так что в 1956 году группе сотрудников мастерской-школы разрешили посетить Восточную Европу – в качестве своеобразной прелюдии и заодно испытания на лояльность советскому режиму. Экзамен они выдержали и в октябре следующего года поездом через Варшаву и Вену достигли Венеции, после чего побывали в Падуе, Виченце, Флоренции, Сиене, Сан-Джиминьяно и, наконец, достигли Рима (с окрестными достопримечательностями в Браччиано, Тиволи, Капрароле и Витербо). Как следует из материалов личного архива Н. П. Сукояна, программа поездки была подготовлена самим Жолтовским, снабдившим также коллег рекомендациями литературы о памятниках, которые им предстояло увидеть[215]. Ретроспективно-ностальгический оттенок этому туру придавало и то обстоятельство, что гидами у группы были русские эмигранты – Н. А. Оболенский во Флоренции и А. И. Лозино-Лозинская в Риме.

Но жизнь внесла в сценарий поездки свои знаменательные коррективы. Например, путешественникам так и не довелось увидеть интерьеры Виллы Ротонда, находящейся в частной собственности. Этот досадный факт нашел отражение в одном из рисунков альбома с отчетом «о второй, действительно состоявшейся творческой командировке учеников мастерской-школы»[216]. В то же время интерес «жолтовцев» к итальянской архитектуре отнюдь не ограничивался Античностью и Ренессансом; их привлекали произведения современной архитектуры, в частности вокзал Термини (Э. Монтуори, Л. Калини и А. Вителлоцци, 1950) и Малый дворец спорта (Palazzetto dello Sport

; П. Л. Нерви, 1957) в Риме. Восторг от лаконичных решений интернационального модернизма, так не похожих на архитектуру, в которой до конца своих дней работал Жолтовский, неотделимо сплетался у советских путешественников с изумлением от увиденного за «железным занавесом» в целом. Трогательно смотрятся подклеенные ими в специальный альбом образцы западного графического дизайна – упаковки, талончики на обед в вагоне-ресторане и т. п. По возвращении группы в московском Центральном доме архитектора был организован вечер с демонстрацией сделанных в ходе поездки рисунков, фотографий и даже специально снятого фильма.

Взору сорокалетних сотрудников Жолтовского Италия предстала существенно иной, чем предполагал их руководитель и мечтали они сами, иллюстрируя в год кончины Сталина свое воображаемое путешествие. Живые впечатления оказались сильнее навеянных книгами и рассказами наставника. В 1965 году на набережной Москвы-реки близ Крымского моста началось строительство нового здания Государственной Третьяковской галереи. Проектирование, начатое еще при жизни Жолтовского, продолжалось сотрудниками мастерской-школы уже под началом Юрия Шевердяева. Облик здания, завершенного во второй половине 1970-х годов, служит ярким примером модернистской архитектуры, но в композиции фасада с глухим верхним ярусом, нависающим над галереей, нетрудно увидеть преломление образа венецианского Дворца дожей.

Эпилог