Избранные труды

Предлагаемая формулировка болей четко демонстрирует связь незаконного материального вознаграждения с должностным положением взяткополучателя. Она охватывает случаи как взятки-подкупа, так и взятки-благодарности, исключая тем самым различные толкования действующего закона по этому вопросу. В ней отчетливо отражен момент окончания преступления; все действия должностного лица в случае их совершения в связи с получением вознаграждения находятся за рамками состава получения взятки и требуют самостоятельной правовой оценки.

Наконец, она предусматривает и случаи получения должностным лицом материальных ценностей или услуг при заранее не обусловленном его конкретном поведении в интересах взяткодателя, но переданных ему именно как должностному лицу, в благосклонности которого так или иначе заинтересован взяткодатель.

Заслуживает внимания опыт американского законодательства, выделяющего несколько возможных субъектов коррупции: публичный служащий, партийное должностное лицо, профсоюзный деятель, а также коммерческое взяточничество и взяточничество в области спорта. До недавнего времени можно было однозначно считать, что в СССР Коммунистическая партия, профсоюзы и другие общественные организации входят в систему государственного управления и лица, занимающие в этих организациях соответствующие должности, могут быть субъектами ответственности за должностные преступления. Ныне, когда в соответствии с Законом «Об общественных объединениях» в стране образуются многочисленные партии с далеко не одинаковой политической ориентацией, формируются массовые движения, создаются независимые профсоюзы, различные общества, ассоциации, фонды и другие объединения граждан, было бы неправильно приравнивать работников аппарата этих объединений к «публичным служащим», работающим в государственных учреждениях и олицетворяющим в глазах граждан государственный аппарат. А поскольку коррупция вполне возможна и в аппарате общественных объединений, целесообразно некоторые ее виды предусмотреть в специальной уголовно-правовой норме.

То же самое можно сказать о коммерческом взяточничестве и о взяточничестве в сфере спорта. Развитие частного предпринимательства, возникновение совместных предприятий, акционерных обществ и товариществ приводит к тому, что появляется категория должностных лиц, которые, по нашему мнению, не могут считаться работниками аппарата государственного управления, но вполне могут быть подвержены коррупции (например, выдача за вознаграждение коммерческой тайны).

В последние годы мы уже столкнулись с коррупцией в спорте. Дальнейшая профессионализация и коммерциализация спорта, развитие различного рода спортивных лотерей, тотализатора и т. п. еще в больших масштабах будут притягивать к спорту организованную преступность, что неминуемо повлечет за собой попытки подкупа спортсменов, тренеров, судей и других участников спортивных соревнований.

В практике имеются уголовные дела о подкупе судей футбольных матчей, тренеров, отдельных спортсменов.[475] Принимаемые подчас решения о привлечения спортивных судей к ответственности за получение взяток как обычных должностных лиц не могут считаться правильными.

Наконец, существует проблема борьбы с коррупцией должностных лиц, скрываемой под видом оплаты работы по совместительству трудовому соглашению или какой-либо имущественной сделки.

Дореволюционное российское Уголовное уложение 1903 г. предусматривало ответственность служащих, вступающих в запрещенные им по роду службы имущественные сделки (ст. 682). В соответствии со ст. 683 Уголовного уложения наказывался служащий, «на коем лежит обязанность наблюдения за имущественными предприятиями, или заключения, утверждения или исполнения подряда, поставки или иного имущественного договора, или производства торга, или надзора за указанными действиями, виновный в воспрещенном ему законом участии в сих предприятия или договоре, или в залогодательстве по договору от своего имени или от имени своей жены, или через подставное лицо».