Извините, я опоздала. На самом деле я не хотела приходить. История интроверта, который рискнул выйти наружу

Это было бы ужасно.

Это могло бы быть удивительно.

Это была бы возможность публично рассказать, как я была тронута тем, что родители для меня сделали, и поблагодарить их за то, что они так легко приняли Сэма в семью. Как я была благодарна моим 85-летним бабушке и дедушке за то, что они прилетели из Лос-Анджелеса в Лондон, а потом перенесли адскую 10-часовую поездку в фургоне под проливным дождем в парк Лейк-Дистрикт. Моим братьям за то, что они затащили их в этот фургон. Моим родственникам за то, что были так добры. Моей подружке невесты Джори за то, что она шла по проходу через несколько минут после того, как случайно врезалась лицом в шкаф, поставив себе синяк под глазом, из-за чего она выглядела очень самоотверженной рядом со мной. И много-много за что еще, конечно.

Каждый раз, когда я думаю об этих вещах, мне становится грустно. Немалая часть меня печалится, что такая возможность потеряна навсегда. Я ведь говорила им все это один на один, верно? А может, нет, и они не знают.

Если бы мне снова представилась такая возможность, я бы запаниковала, почувствовала тошноту, а затем пошла бы в крошечный гостиничный туалет и делала бы глубокие вдохи, как учила меня Элис, пока не почувствовала бы себя достаточно уверенной, чтобы выйти ко всем, постучать ложкой по бокалу и побыть в центре внимания.

Тогда я еще не знала Элис, но теперь чувствую себя совсем по-другому. Теперь я знаю, как произнесение слов вслух может придать вес моменту и показать, насколько серьезно я отношусь к своим словам и истории. Сейчас я могу испугаться, но я соберусь с силами и все равно смогу это сделать.

Честно говоря, было чудесно наблюдать за тем, как Аня произносит речь на собственной свадьбе – не в последнюю очередь потому, что мужчины заслуживали услышать, как красиво они выглядят в своих штанах ледерхозен.

«Как покорить аудиторию». – Прим. пер.

Свободное падение, или Импровизация

– Представьте, что вы в фильме «Индиана Джонс и Храм судьбы»^[53], – говорит мужчина. – Я хочу, чтобы друг за другом каждый из вас вошел в центр «храма» и «умер» воображаемой смертью, пока вы не создадите кучу из тел. Как вы умрете, зависит от вас. И помните, вы мертвы, так что оставайтесь в образе после того, как сделаете это.

Я оглядываюсь на остальных присутствующих. Они улыбаются и прыгают вокруг в восторге от первого упражнения. Ненавижу этих веселых ублюдков.

Преподаватель начинает напевать мотив фильма. Он жестом приглашает остальных присоединиться к нему.

– Дун-дун-дун-дун, дун-дун-да.

Для меня это может быть конец. У меня аллергия на все это: искренний энтузиазм, продуманное исполнение и импровизацию перед незнакомыми людьми.

Я шаркаю назад, чтобы не идти первой. Первый человек входит в «храм». Он искусно изображает, как пригибается, чтобы избежать низко раскачивающегося маятника, затем спотыкается, падает и спиной натыкается на меч, который проходит прямо через него. Девушка следует за ним, изображая, как в нее стреляет из лука невидимый противник, и она падает рядом с мужчиной.

Затем выходит еще один человек и быстро умирает. И еще один.

И еще. Моя очередь все ближе и ближе.

– Дун-дун-дун-да. Дун-да. Дун-дун-да…

Я нахожусь в своем собственном Храме судьбы. Теперь моя очередь. Я иду очень быстро, потому что нервничаю, но, уклоняясь от тел, я в конечном итоге спотыкаюсь и падаю ладонями на землю. Моя правая рука скользит по полу так быстро, что я получаю ожог от ковра. Я падаю на 50-летнего канадца так точно, что мы теперь женаты в глазах Господа.

Он скидывает меня, явно не желая идти на верную смерть, и я сдерживаю вопль.

Я лежу на земле, чужие ноги в моих волосах, мой нос прислонен к полу, моя рука болит и начинает кровоточить. Напевание мелодии продолжается.

Нет. Я не могу этого сделать.

«Как лучше всего знакомиться с другими людьми?»

Я опубликовала этот вопрос в Facebook, пообещав, что сделаю все, что люди предложат. Ну, знаете. Краудсорсинг^[54]. Коллективный разум. Племя. Народ. Мое сообщество дало бы мне блестящие идеи, которые изменили бы мою жизнь.

Я падаю прямо на канадца средних лет. В глазах Господа мы теперь женаты.

И вот какой-то умник в моем племени предложил:

– Импровизационная комедия.

Есть ли фраза, которая пугает больше, чем «импровизационная комедия»? Она гарантированно заставит людей кричать от ужаса, когда вы упомянете об этом на вечеринках. Лишь «нефритовые яйца Гвинет»^[55] или «оплата только наличными» могут конкурировать с этим.

Когда я спрашиваю своих экстравертов, что они думают об импровизации, одна из них отвечает:

– Это мой худший кошмар.

Другая, стендапер, говорит:

– Да я бы никогда не согласилась на это! – И прижимает руку к груди, будто она падает в обморок как южная красавица, которую я сильно обидела.

Отлично, значит, импровизация заставляет экстравертов чувствовать себя неловко, а я едва ли полгода живу таким образом. И дело не только в том, что они не хотят этого делать. Они даже не хотят идти и просто смотреть.