Как разговаривать с подростком о вечных истинах

Так ведь и вся наша жизнь, каждая минута - борение света и тьмы. Счастлив человек, если в душе его постоянно светлые чувства, если сладкая денница каждый день наполняет его радостью, если он просыпается и поднимается с радостью, со светом, если живет светло и несет свет людям. Несчастен, кто не знает этого света, кто вечно угрюм, темен душой, подозрителен и зол. Злому кажется, будто он справедлив, будто он злится праведно, будто всегда есть на что злиться. А на самом деле он просто зол, его не захватил сладкий час денницы, свет не проник в его душу - и он живет, как потухший фонарь. Нет, не просто потухший, а такой, какого нет в физическом мире: фонарь, распространяющий темноту, убивающий, уничтожающий свет.

Как научиться жить с рассветом? Это не значит подниматься раньше всех и не обязательно каждый день видеть восход солнца. Но, проснувшись, можно подумать о солнце, которое взошло или скоро взойдет, можно подумать о свете, которым полна земля, и о том свете, который в твоей душе. Он есть, этот свет денницы, он в каждой душе есть, только надо прозреть, почувствовать этот свет: он несет в себе силы. Ведь все живое на Земле оттого живое, что каждый день наступает сладкий час денницы.

О пустом привидении

Нам всегда твердят, что нельзя терять ни минуты, что каждый час жизни дорог, что надо жить целеустремленно. Но вот пушкинские строчки:

О жизни час! лети, не жаль тебя, Исчезни в тьме, пустое привиденье...

А и действительно привидение - наверно, вам никогда не приходило это в голову! Ведь каждый час нашей жизни, вот в эту минуту являясь перед нами, в следующее мгновение тает в воздухе и исчезает навсегда. Чем не привидение? Вот помолчим полминуты - и они прошли, их больше не будет. Пустой призрак - то ли были эти полминуты, то ли нет. Никаких доказательств их былого существования не осталось, исчезли во тьме. Прибавились к бесчисленному множеству минут прошедшего. Вы подумайте: теперь между этой минутой и тем временем, когда жил Пушкин или когда жили ваши прадеды, принципиальной разницы нет: они одинаково в прошлом. Привидения.

Получается, что часы нашей жизни - как люди? Они рождаются, приходят, проживают свое время и умирают, уходят в прошлое. Можно было бы устроить похороны каждого дня и каждого часа, но тогда жизнь превратится в сплошные похороны.

Нет! Не нужно похорон, не нужно грусти:

О жизни час! лети, не жаль тебя.

Потому что жизнь проста, естественна, она не может быть учтена со всей тщательностью. Мы не вечно на работе, где стоит учетчица с ведомостью и записывает, сколько сделано в час, нет, жизнь легче, свободней, просторней. Она ценна не только тем, что сделано за каждый ее час, она ценна и сама по себе - просто как жизнь. Часы уходят, как привидения, в небытие, а жизнь остается, она длинная, и она вся дана нам на радость - если только мы умеем радоваться жизни.

Можно мучить себя вопросом: а что я успел сделать? Можно повторять вслед за американцами: время - деньги. Но в конечном счете не только сделанным измеряется жизнь, и не всякое время - деньги, и не для всех людей время только для того и нужно, чтобы делать деньги.

Конечно, жалко проводить время в пустой болтовне; жалко просидеть целый час на уроке и ничему не научиться; жалко провести целый час с пустым, никчемным человеком - иногда час жизни бывает очень жалко.

Но общее правило - не жалеть времени на жизнь. Не сожалеть о прошлом, бодро смотреть в глаза надвигающемуся, живому часу жизни -тому, который сейчас идет. А тому, который прошел, - прости и прощай, лети, не жаль тебя.

О луче бессмертия

У Пушкина бывает значимой даже не строка, а лишь одно слово вызывает размышление.

Последний взор моих очейЛуча бессмертия не встретит...

Бессмертие... Самая большая загадка человечества. Даже страшно говорить о нем и думать. Смерть и бессмертие. Смерть ждет каждого из нас, а бессмертие?

На этот вопрос несложно ответить, если под бессмертием понимать великую славу. Молодому Пушкину (а эти стихи написаны в молодости), как и всякому молодому человеку, чувствующему в себе талант, мечтается о великой, бессмертной славе, и он грустит, боится, что луч славы минует его, что:

Последний взор моих очейЛуча бессмертия не встретит.

Но в конце короткой своей жизни Пушкин с уверенностью напишет:

Нет, весь я не умру.

Это о бессмертной славе. А как быть обыкновенному человеку, который не в состоянии добиться бессмертной славы своими трудами на земле? И даже не может вести такую праведную жизнь, чтобы его прославили в веках?

Тут надо быть очень серьезным. Есть такие вещи, к которым нельзя относиться небрежно, походя, о которых нельзя болтать просто так. Даже в самой легкомысленной жизни должны быть серьезные минуты.