Как разговаривать с подростком о вечных истинах

Вот серьезное: личное бессмертие, то есть ваше бессмертие, - это вопрос веры. Верите вы в то, что душа ваша будет жить вечно - она и будет жить вечно. Не верите - неизвестно, что с ней станется.

Потому люди и берегут свою душу, охраняют ее от греха, от дурных, непростительных поступков - они верят: душа будет жить вечно. Как? Это невозможно объяснить обыкновенными словами, в нашей речи нет таких слов. В это надо просто верить, об этом надо просто помнить.

Если мы будем думать, что наша жизнь - лишь часть вечного существования, нам легче будет жить, легче переносить смерть близких, мы строже будем относиться к себе.

А это очень нужно каждому человеку, каждому из нас - строже относиться к себе, беречь свою душу, чтобы последний наш вздох, последний наш взгляд, последний взор встретился с лучом бессмертия.

Об утешении в слезах

Прочитаем сегодня начало пушкинского стихотворения «Желание», написанного в 1816 году, то есть семнадцатилетним поэтом. Кому-нибудь могут показаться странными такие горькие чувства в 17 лет, а кто-то сразу поймет поэта и даже подумает: «Это про меня».

Нас учат в школе мыслить, думать, соображать; а учить чувствовать -невозможно. Чувства рождаются сами по себе, но они могут быть и заразительными. Вся художественная литература, и особенно поэзия -это такая же школа, как и наша, это вторая школа - но школа чувств, а не ума. Особенно это касается русской поэзии. Русская поэзия, начиная с девятнадцатого века, - поэзия чувства, не поддающегося уму.

Итак, «Желание»:

Медлительно влекутся дни мои,И каждый миг в унылом сердце множитВсе горести несчастливой любвиИ все мечты безумия тревожит.Но я молчу; не слышен ропот мой;Я слезы лью; мне слезы утешенье;Моя душа, плененная тоской,В них горькое находит наслажденье.

Наслаждение от слез? Что за странная мысль? Мы знаем, что плачут, когда больно, когда страшно, когда обидно, - да и то мальчики и мужчины стараются не плакать. Нас с детства приучили, что плакать -стыдно, и всякого, кто плачет, когда больно, называют презрительным словом плакса, и никто плакс и плаксивых людей не любит.

Но вот:

Я слезы лью; мне слезы утешенье...

Слезы - утешение, слезы - наслаждение, волшебные, счастливые слезы человека, способного тонко чувствовать. Не мудро мыслить, а тонко чувствовать. Теперь стало легко определять, какие способности человеческие, какие - не человеческие. Посмотрите: думать может и компьютер; решать задачи, играть в шахматы - все теперь может делать машина. Пытались создать и такой компьютер, чтобы он умел чувствовать. Но ничего не вышло.

И уж во всяком случае компьютер не может плакать. Лить слезы, да еще утешаться слезами - это великая способность человека.

И если это кому-нибудь покажется смешным - что ж, есть люди, которым не дано испытать все человеческие чувства. Погодите, придет время, и вы когда-нибудь расплачетесь над книжной страницей или в кино, или в театре - вдруг почувствуете, что у вас все лицо мокрое от слез. Это значит, вы пережили мгновение вдохновения, такое же мгновение, какое пережил наш великий поэт. И тогда вы, быть может, вспомните:

Я слезы лью; мне слезы утешенье...

Об улыбке спутницы

Сегодня еще раз строки из стихотворения, написанного Пушкиным в 17 лет, но из другого - «Наслажденье»:

Когда в сияньи возгоритсяСветильник тусклых юных днейИ мрачный путь мой озарится Улыбкой спутницы моей?

Улыбка спутницы!

Человек живет, учится, трудится, делает карьеру, зарабатывает деньги, читает, думает, поднимается духом - но нет ему радости ни в чем, ничто не веселит его душу, и сам он не верит в себя и в свои силы, пока его мрачный путь жизни не озарится светом - улыбкой спутницы.

Вот секрет женщины, вот секрет женственности - он не в моде и не в косметике, он в способности улыбнуться так, чтобы чья-то жизнь осветилась навсегда. Это не улыбка кокетки, хотя кокетливость идет иным женщинам, это не дежурная улыбка вежливости - та улыбка, с которой мы приветствуем любого человека, это и не загадочная улыбка Моны Лизы, которая веками заставляет искусствоведов гадать, что же она значит.

Нет, это улыбка нежности, улыбка встречи, готовности идти с человеком вместе, облегчать и освещать его путь.

Что бы там ни говорили сторонники женского освобождения и женского равенства, как бы высоко ни поднялась женщина в наше время - а ведь есть женщины премьер-министры и даже министры вооруженных сил, -все равно женщина должна хоть раз в жизни светло улыбнуться, должна хоть одному человеку осветить путь. Нет, не осветить -

озарить, сказано у Пушкина.