Капитализм всеобщего блага. Новая модель мировой экономики

Однако, как и другим странам, Эфиопии пришлось заплатить за стремительный рост серьезными экологическими проблемами. Параллельно с подъемом экономики рос и объем выбросов CO₂, который за период с 2002 г. по 2017 г. увеличился в три раза. Условно, те 13 миллионов тонн выбросов CO₂ предприятий Эфиопии в 2017 году – лишь незначительная часть от общего объема выбросов – практически на уровне погрешности при округлении общемирового объема выбросов, составляющего на сегодня 36 миллиардов тонн в год. Тем не менее тенденция очевидна: чем богаче становится страна, тем сильнее она начинает загрязнять окружающую среду. Это не означает, что Эфиопия и другие развивающиеся страны ничего не делают в плане экологии, а их население не разделяет обеспокоенности по поводу глобального потепления. Еще в 2011 году правительство представило экологически-ориентированную стратегию экономического развития, нацеленную на превращение Эфиопии к 2025 году в страну со средним уровнем дохода и экологичной экономикой, устойчивой к изменению климата. Согласно этой стратегии, одна из задач страны, в которой, по данным ООН, «леса в начале XX века занимали 35 % территории, а в 2000-х годах – лишь около 4 %» (22), состояла в восстановлении лесной зоны. Следуя принятой стратегии, в 2019 году власти Эфиопии сумели объединить миллионы граждан страны, которые за один день посадили 350 миллионов деревьев (23). Другая задача в рамках реализации стратегического плана экологичного развития предполагала разработку источников возобновляемой и/или чистой энергии с целью наладить практически отсутствующее в стране энергоснабжение. По данным Международного энергетического агентства (МЭА), на сегодняшний день лишь половина жителей имеют доступ к электроэнергии, хотя «за последние два десятилетия страна значительно продвинулась в решении этой проблемы» (24). Объем энергии, вырабатываемой водными, биотопливными, ветряными и солнечными электростанциями, в сравнении с данными 1990 года вырос более чем вдвое, и сегодня энергоснабжение осуществляется преимущественно за счет такой энергии. Однако и объем энергии, получаемой в результате сжигания ископаемого топлива, в 1990 году составлявший менее 5 % от всей вырабатываемой в стране энергии, к 2017 году вырос вдвое. Это доказывает, что и сегодня не существует волшебной стратегии, следуя которой бедные страны могли бы развиваться, не увеличивая углеродного следа. Экономическое развитие, повышение уровня жизни и рост объемов выбросов CO₂, как и прежде, тесно взаимосвязаны и происходят параллельно.

В том-то и состоит главная проблема борьбы мирового экономического сообщества с изменением климата на планете. Можно утверждать почти наверняка, что прежде, чем ситуация начнет улучшаться, она станет значительно хуже. И дело тут не в нестабильности рынка или недостаточно эффективном корпоративном или государственном управлении, точнее, не только в них. Это следствие особенностей человеческой природы и нашего врожденного стремления не просто выживать, но и процветать. В результате многие люди, не имеющие стабильного дохода, стремятся улучшить условия своей жизни, даже ценой ущерба природе, а изменение климата на планете их беспокоит значительно меньше. Если в вашем доме нет электричества, вы лишены стабильного дохода и на вашем столе нет еды, изменение климата на планете, пусть в отдаленной перспективе оно и угрожает жизни, просто не входит в список ваших насущных проблем.

Тот же феномен объясняет, к примеру, почему люди, проживающие недалеко от побережья Джакарты в Индонезии, продолжают заниматься повседневными делами, в то время как их дома стремительно уходят под воду. Там пришлось построить дамбу – бетонное сооружение в метр высотой, – чтобы поднимающиеся воды не затопили целые общины. Местную мечеть затопило во время прилива из-за чего ее забросили, и сегодня с крыши дома открывается удручающий вид на дамбу и затопленную мечеть (25).

Аналогичным образом объясняются события во Франции, где выступления так называемых «желтых жилетов» в 2018–2019 годах вызвали хаос в Париже и двенадцати других французских городах и не позволили правительству реализовать план по введению «зеленого налога» на топливо. Каков их лозунг? «Fin du mois, fin du monde: même combat» (26), что в переводе означает: «Конец месяца, конец мира: все та же битва». На бумаге предложенный правительством налог на топливо должен был помочь в решении экологических проблем. Предполагалось, что таким образом удастся подтолкнуть людей к отказу от личных автомобилей и использованию для поездок других видов транспорта. На практике такой закон ущемлял права жителей сельских территорий, которые и прежде чувствовали себя лишенными возможности получать образование, работать и располагать теми же материальными благами, что и горожане.