Карибский кризис глазами российских подводников (пятьдесят пять лет спустя)

Выяснилось, что госпитальные суда здесь ненадолго. Действительно, вскоре они покинули порт Бутунг, а вслед за ними индонезийские плавбаза «Тамрин» и подводные лодки. Конечно, лодки индонезийской бригады тоже участвовали в боевом патрулировании, однако позиции их нам были неизвестны. Наше же стояние в Бутунге продолжалось, продолжалась и наша таборная жизнь. Замкомбрига Валентин Синельников отдал распоряжение – всем лодкам, не снижая 6-часовой готовности, проводить ежемесячные ППО и ППР, межпоходовый осмотр и профилактический ремонт оружия и технических средств.

Итак, завершилась первая программа нашего пребывания в Индонезии. Материальная часть лодок в строю, мелкие неисправности, конечно, встречались, но они, как обычно, устранялись непосредственно личным составом в процессе ухода и эксплуатации за оружием, вооружением и материальной частью заведования. Личный состав, в основном, здоров, некоторые недомогания подводников обычно были связаны лишь с условиями их пребывания в непривычных условиях тропиков и большой влажности. Многие из нас предполагали, что скоро кончится и наше стояние в Бутунге, лодки перейдут в Сурабаю, и начнётся отработка индонезийских экипажей с последующей сдачей наших субмарин индонезийской стороне. Впрочем, так оно потом и случилось. А пока ждём распоряжений из Джакарты, с плавбазы Аяхта.

Из офицеров больше всех волновались старпомы Рудольф Рыжиков, Владимир Любимов, Геннадий Мелков, Михаил Даньшин. Ведь, им обещали осенью этого года послать всех четверых на учёбу на ВОЛСОК в Ленинград, тем более, что троим последним – пожалуй, наступил последний срок (32 года от роду) для поступления на классы, согласно руководящим документам для зачисления на эти классы. А начало занятий – 1 октября. Поспеть бы! Тем же, кто пропустит это время, перспективы повышения по службе призрачны, во всяком случае, по командирской линии и по своей специальности. Есть отчего поволноваться! Но наши старпомы – люди неунывающие, верят в свою счастливую звезду, да и время впереди вроде бы пока ещё есть, авось, скоро дадут «добро» на возвращение в Сурабаю, а там придётся напомнить о себе начальству…

День за днём идёт стояние наших субмарин в Бутунге. С Аяхты депеш ждём «с томленьем упованья», как сказал некогда Саша Пушкин. Моряки-подводники не унывают, занимаются своим делом. Выдаются и радостные дни, несмотря на некоторую ностальгию по Родине, родным, своим друзьям и близким, оставленным в Союзе.

Наступило 17 августа – день независимости Индонезии. Этот день олицетворяет августовскую революцию 1945 г. в Индонезии. Как она начиналась? 9 августа 1945 г. началось стремительное наступление Советских Вооружённых Сил, приведшее к быстрому разгрому Квантунской армии и освобождению Манчжурии и Кореи. Япония оказалась на грани поражения. В этих условиях в Индонезии сложилась революционная ситуация, характеризовавшаяся дезорганизацией оккупационного режима, деморализацией японских войск и ростом революционной активности народных масс. Вопреки расчётам японских империалистов объективным результатом оккупации ими Индонезии явились рост национального самосознания её народа, усиление его стремления к независимости [7, с. 98–99].

В Августовской революции участвовали все основные классы и слои индонезийского общества за исключением тесно связанных с голландскими колонизаторами чиновников и военнослужащих колониальной армии.

Утром 17 августа 1945 г. Сукарно выступил перед собравшимися у своего дома жителями столицы с речью, в которой объявил о том, что настала пора взять «судьбу в собственные руки» и зачитал Декларацию независимости Индонезии. Уже 18 августа была принята Конституция Республики Индонезии и поднят её национальный красно-белый флаг. Сукарно объявлен президентом страны (этот пост Сукарно будет занимать до 12 марта 1967 г., когда его сменит генерал Сухарто). Таким образом, начиная с 1945 г. 17 августа считается днём независимости Индонезии.