Катастрофа 1933 года. Немецкая история и приход нацистов к власти

В период Веймарской республики политический консерватизм в Германии имел, по словам Хайди Герстенбергер, три возможности развития. 1. Он мог стать реакционным (требовать реставрации монархии). 2. Он мог стать легитимистским (встав на почву республики, попытаться изменить конституцию). 3. Он мог перейти во внепарламентскую оппозицию, подготавливая базу для изменения существующей системы. «Консервативная революция» избрала третий путь, после чего монархический и легитимистский консерватизм в Германии сделался анахронизмом[1000]. Возникла парадоксальная ситуация, когда революционной была не только левая часть политического спектра (что естественно), но и правая ее часть, что является весьма необычным и новым в политической истории Европы.

Между отдельными течениями «консервативной революции» имеются довольно существенные различия, но объединяет их общий «антизападный аффект». По большому счету «консервативная революция» ставила перед собой задачу истинно национальной немецкой революции, которая создаст новый тип человека. Миф нового человека у разных направлений «консервативной революции» был различен в позитивных установках, но полностью идентичен в негативных. Новый тип человека должен быть во всем противоположен буржуазному обывателю. Идеологи «консервативной революции» создавали атмосферу ненависти к демократии, республике, парламентаризму. Этому неприятию республики способствовала необыкновенная степень свободы преподавания в системе школьного образования Веймарской республики. Да и в целом демократические свободы Веймарской республики обернулись в конце концов против нее самой: «обороноспособной» Веймарская республика никогда не была. В наиболее концентрированном виде несовместимость Веймарской демократии и немецкого политического опыта проявилась в мифе нации, который носил в «консервативной революции» наиболее универсальный характер. «Консервативная революция» в отличие от традиционного европейского консерватизма, почти всегда отвергавшего националистические ценности, напротив, ориентировалась на них. Различию придавал большое значение знаток европейского консерватизма Панайотис Кондилис в своем исследовании о природе европейского консерватизма[1001]. Экспансивный демон немецкого национализма возник еще во времена Фихте, и когда ни «бидермайер», ни бисмарковский рейх, ни вильгельмовская эпоха не принесли подлинной национальной идентичности, вот тогда-то национализм и дождался своего времени в годы Веймарской республики. Крайняя степень национализма – шовинизм, соединенный с империализмом, традиционно воспринимался как необходимость даже немецкими либеральными мыслителями (Максом Вебером и Фридрихом Науманом) и нашел свое полное выражение в политической идеологии «консервативной революции». Все другие мифы «консервативной революции» – немецкий социализм, авторитарное государство, миф расы, миф Третьего рейха – были тесно связаны с национальным мифом, и в идеологических «коктейлях» различных групп «консервативной революции» они были перемешаны в различных пропорциях. Абсурдные с точки зрения мифов демократии рецепты «консервативной революции» получили распространение в ней вследствие того, что разумные и умеренные действия были в тогдашних немецких условиях почти невозможны. Если пытаться искать одно какое-нибудь объяснение для возникновения «консервативной революции», то ни к чему не придешь, ибо на самом деле необходимо учесть множество обстоятельств, тем более что, как уже отмечалось, в ней имеет место довольно широкий политический и идеологический спектр. Плюрализм взглядов «консервативной революции» был главной причиной ее поражения в Веймарскую революцию и от сил демократии, и после 1933 г. от нацистского государства. Тот факт, что нацистов также можно рассматривать первоначально как часть «консервативной революции», ничего не меняет, ибо они развили собственную динамику, по своей природе принадлежавшую другой действительности – действительности тоталитарного режима.

5.1. Младоконсерваторы