Катастрофа 1933 года. Немецкая история и приход нацистов к власти

Основной особенностью немецкой истории до сих пор считается «запоздалое» образование национального государства. Мартин Малиа отмечал, что в начале ХХ в. устойчивое национальное самосознание сформировалось лишь в Англии и Франции. Уровень национального самосознания в этих странах был так высок, что любое поражение могло быть рассмотрено лишь как временное отступление; или, как в случае с Францией в 1815 г., блеск событий, предшествовавший поражению, был столь значительным, что национальная гордость скорее выросла, чем ограничилась после этих событий. В Англии и Франции национальная секулярная культура была столь универсально признанным высшим свойством, что могла служить моделью для других. Иными словами, в Англии и Франции каждая нация понимала, что она маяк для человечества, что она первая в Европе. Поэтому там не было метафизического национального мессианства, а просто спокойное высокомерие, в своих основах достаточно цивилизованное, чтобы помогать утесняемым полякам, итальянцам… В Германии же национальная идея стала ассоциироваться с умственным превосходством: Германию представляли разумом и душой европейского типа, в котором успешные французы и британцы являлись более вульгарными и «материалистическими» членами[107].

Ко всему прочему, наиболее важным моментом истории Германии является то, что страна пережила необычайно динамичное развитие в условиях современной индустриальной цивилизации, поэтому все проблемы, которые европейские державы имели возможность решать поочередно по мере постепенного становления национального государства: социальные проблемы (особенно острые в период индустриализации), задачи поддержания имперских амбиций, конституционный вопрос, образование и функционирование национального государства; немцы должны были решать одновременно, что во много раз усложняло создание стабильной либерально-демократической системы, способной на изменения под воздействием внешних факторов и обладающей внутренней динамикой. Это «запоздалое» развитие страны было обусловлено многими историческими факторами. В этой связи автор избрал следующие наиболее важные, на его взгляд, периоды немецкой истории, сыгравшие определяющую роль в становлении политической традиции: 1) Наполеоновские войны и их последствия; 2) феномен Пруссии и его значение (в отечественной историографии в интересующем нас аспекте практически не рассматривавшийся); 3) эпоха «бидермайера» и революции 1848 г., которая после феномена Пруссии была вторым важнейшим импульсом возникновения особого немецкого сознания; 4) бисмарковская эпоха и ее многообразные влияния на немецкую традицию; 5) основные особенности эволюции вильгельмовской Германии и их последствия для политической культуры Германии начала века; 6) Первая мировая война, которая в ХХ в. не только для Германии, но и для всей Европы была «изначальной» катастрофой, которая потянула за собой и другие – нацизм, Вторую мировую войну, «холодную войну» (для Германии – разделение на два государства)…

Думается, это и есть наиболее значительные вехи в становлении немецкой традиции к началу Веймарской республики, которая главным образом характеризуется решительной схваткой, столкновением мифов демократии и мифов нации. При истолковании вышеназванных периодов следует остерегаться наивного, слишком прямолинейного и «целенаправленного» толкования наиболее острых вопросов немецкой истории, так как в каждый исторический момент сохранялась «многовариантность» развития, каждая из особенностей немецкой истории не может быть расценена однозначно – они меняли свое значение в процессе исторического развития, оборачиваясь порой совершенно неожиданными сторонами, ибо в отличие от природных явлений исторические события нельзя наблюдать столь же достоверно. В последующие после этих событий времена очень многое зависело от оценок прошедших эпох и от порой предвзятого их толкования. Иными словами, всегда было, есть и будет демократическое, консервативное, реакционное понимание истории, содержание которой, понятно, не может меняться. Поэтому автор отдает себе отчет, что и его интерпретация является лишь попыткой приспособить собственные представления об рассматриваемом предмете к решению ограниченной задачи – попытаться понять логику исторического развития Германии к национал-социализму.

Принимая во внимание громадный объем исторического материала, привлекаемого в данной главе, следует прямо признать, что эта глава строится фактически на случайных реминисценциях (а не на систематическом анализе структур немецкой истории), возникших в процессе изучения историографии и отчасти документов.

1.1. Состояние немецкой исторической преемственности к XIX в.