Кавказский роман. Часть I. Спасатель

– Ну что вы! С мужем она не живёт давно, по крайней мере сказала, что с ним рассталась, ну а уж если бы кто другой, то я бы знал, у меня разведка работает! К тому же Елизавета Николаевна настолько искренний и прямой человек, что непременно бы сказала: «За мной, парень, не гонись, я занята!»

Руслана несколько покоробили откровения подполковника. Ему стало неприятно от мысли, что Лиза не только ему, но и всем своим знакомым рассказывает о своих проблемах, но Лизин поклонник вдруг погрустнел:

– Хотя, что я, в сущности, о ней знаю? Наше общение было столь коротким, да и на все расспросы о себе она всегда отшучивалась. Только тогда, в Ставрополе, повинилась: не обижайтесь, мол, на меня, я сына недавно похоронила. Я её о муже спросил, сказала – расстались окончательно и бесповоротно. Вот, собственно, и всё. Но знаете, – сказал он, вдруг опять ободрившись, – я всё равно своего добьюсь. Будет она моя, и не такие крепости брали…

Руслан промолчал, не желая вступать в полемику со своим благодетелем. «Для того чтобы женщина стала твоей, нужна не просто физическую близость, – размышлял он, – где эти женщины, которые ласкали его там, в горах? Разве стали они его оттого, что разделили с ним постель? У каждой из них была своя жизнь, и, возможно, кто-то из них вспоминал о нём хоть иногда, но рядом никого не было. Он и сам многих забыл, сохранив в памяти лишь обрывочные воспоминания. Только первые чувства к Лизе жили своей, отдельной жизнью. Он мог вспомнить практически по минутам, как увидел её в первый раз, как ветер трепал её волнистые волосы, когда стояли они на первой покорённой вершине, как смешно надувала она щёки, пытаясь раздуть костёр, какие на вкус были её губы, когда он впервые прикоснулся к ним. Помнил он и о том, как мучительно ждал от неё письма, выбегая во двор к почтовому ящику на каждый звук калитки, как отчаянно комкал подушку ночами, когда снился сон о том, что Лиза покидает его, убегая куда-то. Никогда до этого и никогда после он не испытывал столь сильных чувств и сейчас вряд ли смог бы дать ответ, хотел бы он их повторения или нет. Он был рад, что разбудил в ней женщину, что сам уверился в своей мужской силе, но был глубоко убеждён, что его она так и не стала. «Если бы стала, сейчас бы была рядом несмотря ни на что», – подумал он и, дотянув папиросу, поехал вслед за подполковником в здание, где представители американского Красного Креста закружили его в осмотрах и обмерах для изготовления протезов.

Руслан верил и не верил в возможность получить американские протезы. Думать о них было некогда, слишком много забот требовала школа, к тому же в его жизнь вошла Лейла. Всё произошло по принципу: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». В село прислали нового фельдшера, и встал вопрос о необходимости освободить две ведомственные комнатки, в которых жила семья прежнего. Сельское начальство легко вздохнуло, когда нашёлся выход из этой сложной ситуации: Руслан предложил отдать семье Долговых одну из двух занимаемых им в школе комнат. Стали думать да гадать, как разделить эти две смежные комнаты на две хоть и небольшие, но разные семьи. И тут Руслан предложил единственно правильный, на взгляд сельского начальства, выход:

– Проще одну семью сделать, чем делить эти две комнатушки. Как ты считаешь, Лейла? – заглянул он в глаза своей помощнице.

– Я согласна, – просто ответила она.

Сошлись они тихо, без объяснений и лишних разговоров. Он не помнил, то ли она к нему пришла ночью, то ли он привлёк её к себе, когда она пробегала мимо, хлопоча по хозяйству. Он был поражён, когда после первой их ночи увидел её светящиеся счастьем глаза и услыхал тихий шёпот:

– Я полюбила тебя с первой минуты!

– А мужа любила? – зачем-то поинтересовался он.

– Что понимала я, девчонка, в любви? – ответила Лейла, смущённо уткнувшись в его кудрявую подмышку.

– Почему же ты молчала?

– А что было говорить, ты же любил Лизу…

– Откуда ты знаешь?

– Знаю. И она мне рассказывала о вас, когда ты лежал без памяти, а мы дежурили у твоей кровати, и потом видела, как ты мучился…

– Что ты могла видеть? – перебил он её.

– Любящее сердце видит всё, – уклончиво ответила Лейла.

– Давай не будем больше о них. Они были – и твой муж, и моя Лиза, но сейчас есть только мы, и этого достаточно, – предложил Руслан.

Долго тянуть не стали, и уже на следующий день в селе появилась новая семья Уламовых, о чём засвидетельствовал в книге регистрации браков не сомневавшийся в таком исходе дел председатель сельсовета. Гейдара тоже записали Улановым, так как вопрос об его усыновлении Русланом даже не обсуждался. Гейдар стал не только сыном его жены, он и его маленьким другом. Новость о том, что Руслан и Лейла поженились, долго была предметом обсуждения всего села. Все сходились на том, что это правильно.

– Куда ей, горемыке, с мальцом деваться, а тут фронтовик-герой, всяко защитит, – рассуждала вновь прибывшая фельдшерица Татьяна Ивановна, не скрывая своего удовольствия от того, что у неё в результате будет собственное жильё.