Казаки на «захолустном фронте». Казачьи войска России в условиях Закавказского театра Первой мировой войны, 1914–1918 гг.

Кстати, подтверждает факт хорошего положения у казаков с обмундированием и затруднительного — с конской амуницией то, что 5 (18) марта 1916 г. начальником Штаба Верховного главнокомандующего было приказано в штатах военно-казачьей мастерской (в какой мастерской, в приказе прямо не говорится, но, судя по всему, имеется в виду каждая мастерская подобного типа) исключить мастеров, заведующих отделами портняжного и кузнечного дела, число портных и кузнецов уменьшить до трех человек, а число шорников и седельников увеличить соответственно на 75 и 35 человек[299].

Помимо конского снаряжения, казаки имели определенные трудности и с подковами, так как из-за перебоев интендантских поставок некоторые казачьи полки были вынуждены их изготавливать сами, в своих полковых кузницах, что в боевой обстановке было крайне неудобно. Так, командир 3-го Кубанского полка Кубанского казачьего войска войсковой старшина Захаров писал в конце 1915 г.: «…весьма желательно, чтобы подковы и подковные гвозди поставляло кавалерии… интендантство, имея эти предметы довольствия в достаточном количестве в своих ближайших передовых складах. Заготовка подков попечением частей требует организации кузницы в тылу части, что отрывает лишних бойцов… и усложняет довольствие полка, вызывая частые командировки офицеров за покупкой железа, угля и подковных гвоздей. Командировки эти, вследствие плохих путей сообщения в Закавказье, затягиваются вообще, ослабляя офицерский состав в части…»[300]

Отдельным вопросом в обеспечении казаков обмундированием стояло заведение ими непромокаемых плащей, которые были более легкими, чем казачьи бурки, и не сковывали, в отличие от них, движений: «Идет дождь или снег. Все казаки в бурках. Вдруг перестрелка. Казаки быстро спешиваются, как попало увязывают мокрые бурки в торока и бегут в цепь. Теряется время для боя, где порою дорога каждая минута». Более всего, за замену бурок плащами или даже солдатскими шинелями ратовали пластунские командиры, правильно полагая, что это значительно облегчит ношу пластунов в походе[301].

Однако на Кавказском фронте плащи появились в 1915–1916 гг. лишь в немногих казачьих частях. Приобретались они покупкою, как правило, у частных фирм на сэкономленные хозяйственные суммы. Качество их зависело от производителя — могло быть хорошим, а могло и совершенно не соответствовать требованию непромокаемости. В большинстве же казачьих частей плащи так и не были заведены, так как казаки совершенно не видели в них никакой практической надобности, традиционно отдавая предпочтение буркам и башлыкам, лучше спасавшим людей от природной стихии[302].

Исходя из вышесказанного видно, что началу 1917 г. казачьи части Кавказского фронта были в той или иной степени, но все же обеспечены и снабжены всеми необходимыми вещами и предметами обихода. Для полного восстановления их материально-вещевой базы и физических сил им, по оценке Походного атамана Казачьих войск при Верховном главнокомандующем, сделанной по результатам войсковых смотров в августе — сентябре 1915 г., достаточно было дать хотя бы 1,5 месяца отдыха[303].

Однако на это рассчитывать не приходилось, тем более что в 1916 г. начали уже обнаруживаться первые признаки грядущего кризиса тылового снабжения. Первыми на себе это почувствовали многочисленные на Кавказском фронте кубанские и терские казачьи части, которые все более оказывались в затруднительном положении при решении проблемы обмундирования. Дело в том, что их оригинальная кавказская одежда, сильно отличавшаяся от одежды регулярной армии и казаков степовых войск, требовала для своего изготовления и особых материалов, и мастеров со специфическими знаниями. Появившаяся же нехватка первых и ограниченное число вторых не позволяли выпускать кавказскую одежду в больших объемах, и, в условиях постоянно растущего спроса, это быстро привело к резкому увеличению ее стоимости.

Например, командир 3-го Лабинского полка Кубанского казачьего войска войсковой старшина Щелоков писал в декабре 1916 г.: «В последнее время на рынках… Кавказа сильно сократилось предложение вещей казачьего обмундирования и снаряжения при возросшем спросе на них…Рыночные цены в значительной степени превышают цены, установленные от казны на вещи, утерянные казаками в боях и изношенные ими по обстоятельствам военного времени… Разница в указанных ценах пополняется из хозяйственных сумм полка. В будущем… грозит некомплект обмундирования и снаряжения казаков. Устранить указанное явление возможно только путем отпуска вместо денег в натуре всего изношенного и пришедшего в негодность… от интендантства или из мастерских……Желательно получать конское снаряжение по ценам, установленным в мастерских, специально устроенных для нужд казачьих частей».