Казаки на «захолустном фронте». Казачьи войска России в условиях Закавказского театра Первой мировой войны, 1914–1918 гг.

Не устраивала казаков и практика интендантского финансирования и «именного» снабжения. Так, командир 1-го Горско-Моздокского полка Терского казачьего войска войсковой старшина Найденов в январе 1917 г. писал: «Желательно было бы получать все предметы обмундирования и снаряжения от интендантства не деньгами, а натурой, ввиду того, что… полку очень трудно приобретать всякие вещи, вследствие удаленности полка от мест, где предметы эти могут приобретаться. Приходиться для выполнения этих закупок отрывать от своего прямого дела офицеров и посылать их в пределы России в долговременные командировки… Желательно, чтобы… предметы обмундирования и снаряжения требовались от интендантства примерным количеством, и именные списки казаков, получивших вещи, представлялись после раздачи вещей, так как представление списков при требовании вещей вносит большую путаницу в виду ежедневного большого изменения личного состава… Бывают случаи, что 25–30 % отпущенных вещей не могут быть выданы тем, кому они требовались, ввиду их убыли из части, и, наоборот, вещи не могут быть выданы вновь прибывшим, так как требования именные, и вновь прибывшие в них не вошли»[304].

Командование долго не проводило никаких решительных мер для выправления сложившейся ситуации и предотвращения кризиса в сфере вещевого обеспечения казачьих частей. Лишь в самом конце 1916 г. с его стороны последовали наконец определенные действия. Так, 6(19) декабря Походный атаман Казачьих войск при его императорском величестве, вопреки приказу начальника Штаба Верховного главнокомандующего № 927 за 1916 г., разрешил казачьим частям оставить на фронте свои имущественные склады. 17 (30) декабря сам начальник Штаба Верховного главнокомандующего это решение подтвердил и уточнил: «Иметь в тыловых районах склады для хранения собственных казачьих вещей впредь до отправки их в войска или до выдачи на руки тем казакам, коим они принадлежат».

12 (25) января 1917 г. Походный атаман при его императорским величестве издал следующее предписание: «Ввиду высокой цены на азиатское и фабричное сукно, из которого до сих пор строились черкески казаками Кубанского войска… разрешено на время войны заменить всем казакам названного войска черкеску рубахой: в зимнее время — суконной, а в летнее — из более легкой материи защитного цвета с нашивкой карманов вместо газырей…» Кстати, последнее разрешение лишь узаконивало уже до того распространенную «военно-полевую» форму кавказцев, так как из-за местных природных условий они давно уже были вынуждены фактически «бросить» тяжелую, неудобную черкеску и перейти «летом на рубашку, а зимой на шубу»[305].

Обеспечением казачьих войск ручным огнестрельным и артиллерийским вооружением, а также принадлежностями к нему, боеприпасами, артиллерийским имуществом и снаряжением занималось Главное артиллерийское управление, а на местах — артиллерийские управления отдельных армий, фронтов и военных округов. Сами казаки приобретали лишь холодное оружие, путем покупки в своих войсковых мастерских, но его замена в случае серьезной поломки производилась опять же артиллерийским ведомством.

В казачьи части оружие поступало, как правило, с командами пополнения, а винтовки и запасные части к ним отпускались также и артиллерийскими складами, например Михайловской крепости. Небольшой ремонт вооружения делался на месте самими казаками либо полковыми оружейными мастерами и подмастерьями, если таковые имелись в части. Капитальный же ремонт производился в оружейных мастерских, чаще всего Тифлисских, или на артиллерийских складах[306].

Смазка огнестрельного оружия делалась ружейным смазочным маслом, салом или полусалом. Приобреталось оно либо получением, либо покупкой на экономические и хозяйственные суммы на артиллерийских складах (передовых Тифлисского и Александропольского), в Кавказском окружном артиллерийском управлении, а также на интендантских складах Тифлиса, Эрзерума и Сарыкамыша, в Кавказском офицерском экономическом обществе и у частных лиц и фирм — в Баку, Батуме и т. д. Смазочными материалами казачьи части Кавказского фронта были обеспечены в достаточном количестве. В документах обнаружен лишь один случай, когда в 1916 г. в 1-м Запорожском и 1-м Полтавском полках Кубанского казачьего войска из-за нехватки ружейного масла на складах его были вынуждены иногда заменять бараньим салом[307].

Если говорить об общем состоянии ручного вооружения в казачьих частях, то во второй половине 1914–1916 г. холодное оружие в них находилось в отличном состоянии, огнестрельное — в удовлетворительном, было отлажено и исправно. Некомплекта почти не имелось, а тот, что иногда возникал в силу потерь, довольно быстро ликвидировался тыловыми поставками[308].