Казаки на «захолустном фронте». Казачьи войска России в условиях Закавказского театра Первой мировой войны, 1914–1918 гг.

Другой, уже упоминавшийся в предыдущем параграфе, нормативный акт — 1464-я статья 19-й книги Свода военных положений издания 1911 г. — устанавливал 14-дневный срок, в течение которого командир казачьей части обязан был получить у начальника своей дивизии (отдельной бригады) освидетельствование по факту утери или износа имущества казаков для получения ими или их наследниками пособия на приобретение нового. Если же командир не успевал вовремя взять это освидетельствование или вовсе ничего не знал об утерянных (изношенных) казачьих вещах, то выплату пособия он производил из своего собственного кармана. В конце концов, учитывая то, что количество вещей, которые подлежали оплате, доходило до 100 предметов, и то, что в боевой обстановке войсковые канцелярии часто не могли успеть оформить все необходимые документы на получение пособия, 6 (19) июля 1916 г. Е[сходный атаман казачьих войск при его императорском величестве предоставил казачьим командирам право делать донесения об утрате казачьего имущества бессрочно.

Выдачу обмундирования и снаряжения интендантство производило исключительно по именным спискам нуждающихся казаков, предъявляемым при запросе их командирами. При неимении нужных предметов на интендантских складах оно перечисляло в казачьи части деньги на их покупку у частных мастеров и фирм по справочным ценам[289].

Кроме того, необходимое обмундирование и амуницию казачьи части получали по своему требованию от атаманов своих «родных» войсковых отделов и округов, а кубанцы и терцы обеспечивались еще и своими семьями, оставшимися в станицах, которые с почтой присылали им теплые вещи[290]. Еще одним источником вещевого обеспечения являлось имущество эвакуировавшихся с фронта казаков, которое, согласно закону, либо отсылалось атаманам войсковых отделов и округов, либо, при наличии в части нехватки чего-либо из числа вещей эвакуировающихся, покупалось у них за счет государственной казны[291]. Кроме того, казачьим батареям конскую амуницию для казенных артиллерийских лошадей выдавали на артиллерийских складах по наряду управления артиллерии Кавказского военного округа[292].

Изготовлением и починкой казачьего обмундирования и снаряжения на Кавказском фронте занимались всевозможные государственные и частные мастерские, как специализированно казачьего типа — военно-казачьи, — так и общевойскового — военно-ремесленные. К первым относились: Кавказская фронтовая — Казвинская и Кубанские войсковые — Екатеринодарская, Уманская и Карская; ко вторым — номерные тифлисские (в городе их было по крайней мере восемь). Также в данном деле были активно задействованы военно-ремесленные школы — Екатеринодарская, Майкопская и Новочеркасская и Грозненский военно-промышленный комитет. Помимо того, конская амуниция покупалась еще за казенный счет на местных рынках, в Тифлисе (например, в частной мастерской Ашинтаева), а также в торговых домах Москвы — Щетинина и Волкова[293].

Выплата денег за проделанную работу казачьим мастерским производилась исходя из приказа Походного атамана казачьих войск при его императорском величестве от 19 июля (1 августа) 1916 г., из сумм, получаемых казачьими частями от государства. Если же таковых было недостаточно, то деньги брались из хозяйственных сумм частей. При этом оплата должна была произойти не позже семи дней с момента получения заказанных вещей[294].

Казаки также могли обращаться за услугами и в две общероссийские «центральные» военно-казачьи мастерские, устроенные в 1915 г. по приказу Верховного главнокомандующего за № 572 в городе Бердичеве и в селе Бежице Орловской губернии. Однако казачьи части Кавказского фронта никогда у них заказов не делали, по причине дальности расстояния или просто по незнанию об их существовании. Известно только, что лишь одна 6-я Кубанская казачья батарея обращалась в эти мастерские, но, «ввиду массовых заказов, нужно было ожидать очереди около шести месяцев», что вынудило в конце концов отказаться от их услуг.

Да и вряд ли в Бердичеве и Бежице могли помочь казакам Кубанского и Терского войск, так как, по словам командира 4-го Сводного Кубанского казачьего полка, «обмундирование кавказских казаков настолько оригинально и разнится с обмундированием прочих степных казаков, что сомнительно, чтобы эти мастерские могли удовлетворить требования полка, так как у них не будет ни материалов, ни мастеров, умеющих шить кавказское обмундирование, а бурки производятся только на Кавказе».