Казанская икона Божией Матери

Как гласит Священное Предание, после чудесного вознесения Господа нашего Иисуса Христа, Пресвятая Богородица, по завещанию Христову, перешла в дом апостола Иоанна Богослова. Они жили вдвоем, как Мать и сын, в Иерусалиме на горе Сионской. Весть о Воскресении и Вознесении Христовом разнеслась далеко по землям Римской Империи, и многие уверовавшие в Спасителя стремились навестить Его Пречистую Мать. Приходили к Ней не только для того, чтобы выразить свое почтение и узнать, не могут ли они чем-нибудь помочь Матери Воскресшего Бога. Множество людей приходило к Ней за помощью. Это были многочисленные больные, обиженные и страдающие от несправедливости, бедняки, сироты и вдовы. Св. Игнатий Богоносец писал в одном из посланий (из Антиохии) к Иоанну Богослову: «многие жены у нас желают посетить Пресвятую Деву, чтобы услышать от Нея о многих и чудесных тайнах. У нас пронеслась о Ней слава, что эта Дева и Матерь Божия исполнена благодати и всех добродетелей». А «сколько тысяч страждущих получили там облегчение и уврачевание от тяжких и часто неисцельных болезней; приходили к Святому Образу Ея с растерзанным печалью сердцем, и возвращались от Него с миром и отрадой в душе!»

Остались и другие свидетельства из Священного Предания о земной жизни избранницы Божией… «Она всех равно принимала, радовала и наделяла своею благодатию. Больных исцеляла, немощным возвращала здравие, печальным подавала утешение, грешников исправляла и всех утверждала в вере, укрепляла в надежде и проливала в сердце каждого сладость любви божественной». «Она никого не обижала, напротив, желала всем добра, никого не презирала, даже и самого убогого человека; ни над кем не смеялась, во всем видела только добро» (св. Амвросий Медиоланский)… «В ней не было никакой гордости, а простота без малейшего притворства; не было никакой изнеженности, а во всем совершенное смирение» – писал церковный историк Никифор Каллист. Он же сохранил для нас предание о внешнем виде Пресвятой Богородицы. Она была – читаем у него – роста средняго, или, как иные говорят, несколько более средняго; волоса златовидные; глаза быстрые, с зрачками как-бы цвета маслины; брови дугообразныя и умеренно-черныя, нос продолговатый; губы цветущия, исполненныя сладких речей; лицо не круглое и не острое, но несколько продолговатое; руки и пальцы длинные. Она в беседе с другими сохраняла благоприличие, не смеялась, не возмущалась, особенно же не гневалась; совершенно-безыскуственная, простая, Она нимало о Себе не думала и, далекая от изнеженности, отличалась полным смирением. Относительно одежд, которыя носила, Она довольствовалась естественным цветом их, что еще и теперь доказывает священный головной покров Ея. Коротко сказать: во всех Ея действиях обнаруживалась особенная благодать». Однако людей, приходящих к Ней, она изумляла не только своей непорочной и чистой красотой телесной, но в особенности совершенством Своей души. «И может ли быть иначе, – пишет Е. Поселянин, – когда в Ея лице сосредоточено все сокровище благодати, и Она была свята телом и духом? Одежда скромная, чуждая роскоши и неги; поступь степенная, твердая; взгляд строгий, соединенный с приятностию; тиха и покорна родителям; речь кроткая, льющаяся из незлобиваго сердца. У Нея ум, Богом управляемый и к одному Богу направленный; все желание устремлено к Единому, достойному желания и любви; ненависть только ко греху и виновнику его. Все помышления Ея душеполезны, свободны от всего излишняго, удаляющияся от всего душепагубнаго; очи Ея всегда устремлены ко Господу, созерцая вечный и неприступный свет; уши настроены к слушанию слова Божия; уста восхваляют Господа; язык разсуждает о слове Божием и изливает Божественную сладость; сердце Ея чисто и непорочно, зрящее и вожделевающее чистейшаго Бога. Вся – чертог Духа; вся – град Бога живаго; вся – добра; вся – пред очами Божиими: ибо, восшедши превыше Херувимов и будучи превознесена над Серафимами, Она приблизилась к Богу».

«Она была Девою – говорит св. Амвросий – не телом только, но и душею: смиренна сердцем, осмотрительна в словах, благоразумна, немногоречива, любительница чтения… трудолюбива, целомудрена в речи. Правилом Ея было – никого не оскорблять, всем благожелать, почитать старших, не завидовать равным, избегать хвастовства, быть здравомысленною, любить добродетель. Когда Она, хотя бы выражением лица, обидела родителей? когда была в несогласии с родными? когда погордилась пред человеком скромным, посмеялась над слабым, уклонилась от неимущаго? У Нея не было ничего суроваго в очах, ничего неосмотрительнаго в словах, ничего непреличнаго в действиях: телодвижения скромныя, поступь тихая, голос ровный; так что телесный вид Ея был выражением души, олицетворением чистоты».

* * *