Читаем Каждый глубокий вдох. Опасная сторона реанимации, о которой никто не говорит полностью

С. 54 Это семейное заболевание, и мы называем его ПИТ-синдром С: J. E. Davidson, C. Jones, and O. J. Bienvenu, “Family Response to Critical Illness: Postintensive Care Syndrome-Family,” Critical Care Medicine 40 (2012): 618–24.


Глава 2. Ранняя история интенсивной терапии – ухабистые и прокрытые гравием дороги к отделению интенсивной терапии между штатами

С. 56 «Меня учили…»: M. Curie, V. L. Kellogg, and C. Kellogg, Pierre Curie (Macmillan, 1923), 167.

С. 61 Строительство современной палаты интенсивной терапии в Соединенных Штатах обходится примерно в 2000–4000 долларов за квадратный фут: D. Angus, Personal Communication, March 20, 2020.

С. 62 Только в Соединенных Штатах мы ежегодно тратим на здравоохранение более трех триллионов долларов: “How We Spend $3,400,000,000,000,” The Atlantic, 2017, https:// www.theatlantic.com/health/archive/2017/06/how-we-spend-3400000000000/ 530355/

С. 62 Эта цифра, по прогнозам, вырастет примерно до одной пятой всего нашего ВВП:

“Healthcare Spending Will Hit 19,4 % of GDP in the Next Decade, CMS Projects,” Modern Health Care, 2019, https://www.modernhealthcare.com/article/20190220/NEWS/190229989 /healthcare-spending-will-hit-19-4-of-gdp-in-the-next-decade-cms-projects; and “Healthcare Spending Near 20 Percent of GDP, More Than Any Other Country,” Health Care Finance News, 2018, https://www.healthcarefinancenews.com/news/healthcare-spending-near-20-percent-gdp-more-any-other-country

С. 62 Доля коек в отделениях интенсивной терапии неуклонно росла: N. A. Halpern, D. A. Goldman, K. S. Tan, et al., “Trends in Critical Care Beds and Use among Population Groups and Medicare and Medicaid Beneficiaries in the United States: 2000–2010,” Critical Care Medicine 44 (2016): 1490–99.

С. 63 25 миллионов дней в отделениях интенсивной терапии в Соединенных Штатах: N. A. Halpern and S. M. Pastores, “Critical Care Medicine in the United States, 2000–2005: An Analysis of Bed Numbers, Occupancy Rates, Payer Mix, and Costs,” Critical Care Medicine 38 (2010): 65–71; and SCCM Critical Care Statistics, 2020, https://sccm.org /Communications/Critical-Care-Statistics

С. 63 снижения вероятности смерти пациентов отделения интенсивной терапии на треть: J. E. Zimmerman, A. A. Kramer, and W. A. Knaus, “Changes in Hospital Mortality for United States Intensive Care Unit Admissions from 1988 to 2012,” Critical Care 17 (2013): R81.

С. 65 Однако подобные палаты стали привычным явлением в больницах США лишь в 1970-х годах: M. Hilberman, “The Evolution of Intensive Care Units,” Critical Care Medicine 3 (1975): 159–65.

С. 67 От эпидемии полиомиелита в Копенгагене страдали девятьсот пациентов: H. C. Lassen, “A Preliminary Report on the 1952 Epidemic of Poliomyelitis in Copenhagen with Special Reference to the Treatment of Acute Respiratory Insufficiency,” Lancet 1 (1953): 37–41.

С. 74 вскоре отделения интенсивной терапии начали появляться в больницах по всей стране:

P. Safarand A. Grenvik, “Critical Care Medicine. Organizing and Staffing Intensive Care Units,” Chest 59 (1971): 535–47; and M. Weil and H. Shubin, “The New Practice of Critical Care Medicine”, Chest 59 (1971): 473–74.

Глава 3. Культура интенсивной терапии – эра глубокой седации и мобилизации

С. 85 классическим учебником Гайтона по физиологии: A. C. Guyton and J. E. Hall, Human Physiology and Mechanisms of Disease (Saunders, 1987); and A. Guyton and J. Hall, Guyton and Hall: Textbook of Medical Physiology, 13th ed. (Saunders, 2017).

С. 100 первый пациент с трансплантацией легких: J. D. Hardy, W. R. Webb, M. L. Dalton Jr., et al., “Lung Homotransplantation in Man”, JAMA 186 (1963): 1065–74.

Перейти на страницу:

Все книги серии Медицина без границ. Книги о тех, кто спасает жизни

Когда дыхание растворяется в воздухе. Иногда судьбе все равно, что ты врач
Когда дыхание растворяется в воздухе. Иногда судьбе все равно, что ты врач

Пол Каланити – талантливый врач-нейрохирург, и он с таким же успехом мог бы стать талантливым писателем. Вы держите в руках его единственную книгу.Более десяти лет он учился на нейрохирурга и всего полтора года отделяли его от того, чтобы стать профессором. Он уже получал хорошие предложения работы, у него была молодая жена и совсем чуть-чуть оставалось до того, как они наконец-то начнут настоящую жизнь, которую столько лет откладывали на потом.Полу было всего 36 лет, когда смерть, с которой он боролся в операционной, постучалась к нему самому. Диагноз – рак легких, четвертая стадия – вмиг перечеркнул всего его планы.Кто, как не сам врач, лучше всего понимает, что ждет больного с таким диагнозом? Пол не опустил руки, он начал жить! Он много времени проводил с семьей, они с женой родили прекрасную дочку Кэди, реализовалась мечта всей его жизни – он начал писать книгу, и он стал профессором нейрохирургии.У ВАС В РУКАХ КНИГА ВЕЛИКОГО ПИСАТЕЛЯ, УСПЕВШЕГО НАПИСАТЬ ВСЕГО ОДНУ КНИГУ. ЭТУ КНИГУ!

Пол Каланити

Документальная литература / Проза / Проза прочее
Компас сердца. История о том, как обычный мальчик стал великим хирургом, разгадав тайны мозга и секреты сердца
Компас сердца. История о том, как обычный мальчик стал великим хирургом, разгадав тайны мозга и секреты сердца

Пролистав первые страницы книги Джеймса Доти, читатель наверняка подумает, что перед ним – очередные мемуары врача. И… ошибется. Ознакомившись с первыми главами, читатель решит, что перед ним – очередная мотивационная книга, в которой рассказывается, «как заработать миллион». И… опять ошибется. Да, есть в книге и воспоминания об успешных операциях на головном мозге, и практикум по визуализации желаний, и история бедного мальчишки из американского захолустья, который получил все, что захотел, включая пресловутый миллион, а точнее десятки миллионов. Но автор пошел гораздо дальше: он рассказал, что делать в ситуации, когда заветная мечта исполнилась, а счастья в жизни так и прибавилось.

Джеймс Доти

Деловая литература / Финансы и бизнес
Призвание. О выборе, долге и нейрохирургии
Призвание. О выборе, долге и нейрохирургии

Продолжение международного бестселлера «Не навреди»! В «Призвании» автор ставит перед собой и читателем острые и неудобные вопросы, над которыми каждому из нас рано или поздно придется задуматься. Вопросы о жизни и смерти, о своих ошибках и провалах, о чувстве вины — о том, как примириться с собой и с тем, что ты всего лишь человек.Генри Марш делится волнующими историями об опасных операциях и личными воспоминаниями о 40 годах работы нейрохирургом. Эта книга об удивительной жизни крайне любознательного человека, напрямую контактирующего с самым сложным органом в известной нам Вселенной.Прочитав эту книгу, вы узнаете:• каково это — увидеть свой собственный мозг прямо во время операции;• каким образом человеческий мозг способен предсказывать будущее;• что и для врача, и для пациента гораздо лучше, если последний хоть немного разбирается в человеческой анатомии и психологии;• что бюрократы способны кого угодно довести до белого каления, и в этом смысле британская бюрократия ничуть не лучше любой другой.[/ul]«Увлекательная книга, от которой невозможно оторваться… Это воодушевляющее, а порой даже будоражащее чтиво, позволяющее одним глазком взглянуть на мир, попасть в который не хочется никому».The Arts Desk

Генри Марш

Биографии и Мемуары / Документальное
Не навреди. Истории о жизни, смерти и нейрохирургии
Не навреди. Истории о жизни, смерти и нейрохирургии

Совершая ошибки или сталкиваясь с чужими, мы успокаиваем себя фразой «Человеку свойственно ошибаться». Но утешает ли она того, кто стал жертвой чужой некомпетентности? И утешает ли она врача, который не смог помочь?Нам хочется верить, что врач непогрешим на своем рабочем месте. В операционной всемогущ, никогда не устает и не чувствует себя плохо, не раздражается и не отвлекается на посторонние мысли. Но каково это на самом деле – быть нейрохирургом? Каково знать, что от твоих действий зависит не только жизнь пациента, но и его личность – способность мыслить и творить, грустить и радоваться?Рано или поздно каждый нейрохирург неизбежно задается этими вопросами, ведь любая операция связана с огромным риском. Генри Марш, всемирно известный британский нейрохирург, раздумывал над ними на протяжении всей карьеры, и итогом его размышлений стала захватывающая, предельно откровенная и пронзительная книга, главную идею которой можно уложить в два коротких слова: «Не навреди».

Генри Марш

Публицистика
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже