Ребенок, который постоянно чувствует себя лишним, с которым не играют, которому не отвечают на многие интересующие его вопросы и не читают сказку перед сном, – это обездоленный, страдающий от дефицита внимания малыш. Его ненасыщенная положительными эмоциями натура будет впитывать в себя все то, что может не совпадать с духом семьи и формировать в нем чуждые привычки и взгляды.
Взрослые часто раздражаются и отговариваются незнанием, когда сын или дочка «пристают с вопросами», а также любят при случае упрекнуть детей в глупости. Дети воспринимают такое поведение взрослых как невнимание к себе или ставят под сомнение авторитет взрослых. Вот и пример: мальчика, которому едва исполнилось семь лет, тестируют методикой, определяющей уровень притязаний, при этом его просят оценить свой ум. «Смотри, – говорит психолог, – на этой шкале наверху – самые умные, а внизу – самые глупые. Где ты поставишь себя?» Не долго раздумывая, он ставит себя на самый верх. «Почему? Ты ведь ничего еще не знаешь!» – спрашивает психолог. «Знания – этому можно научиться, а ум – есть или нет», – отвечает мальчик (что соответствует истине). «Да, но ведь есть величайшие умы: Ньютон, Эйнштейн…» – «Ну хорошо: на самом верху – Ньютон и Эйнштейн, а потом – я». «Ну а мама, бабушка?» – «Хорошо, на самом верху – Ньютон, Эйнштейн, потом бабушка, затем – мама, а потом – я». – «А почему бабушка выше по уму, чем мама?» Ответ мальчика: «Потому что она отвечает на все вопросы, а мама – нет». А все дело в том, что у мамы не всегда хватает терпения для ответа и мимо сознания ребенка это, как мы видим, не проходит. Что же касается самооценки, то хотя она и завышена, как это свойственно активным детям, это – хороший признак, поскольку это непременное условие для развития личности. Жизнь и опыт сделают ее уровень более адекватным.
Нельзя принижать уровень достоинства маленького человека и формировать у него заниженную самооценку.
Тут недалеко и до комплекса неполноценности, когда эта «приниженность» сказывается на душевном состоянии ребенка, вызывает невротические расстройства, способствует развитию аутистических тенденций (замкнутости, угрюмости, недоступности).
В зависимости от заложенного природой фундамента здесь могут проявиться разные негативные тенденции. Преобладание в эмоциональном рисунке еще не полностью сложившегося характера повышенной тревожности и эмотивности у приниженного, закомплексованного ребенка оборачивается склонностью к иррациональным страхам, истерическим реакциям.
Сочетание интровертных свойств с ригидными чертами в условиях, когда окружающие не хотят считаться с застенчивостью ребенка и своеобразием его пристрастий, требуют подчинения общим правилам, может трансформироваться в аутистический стиль поведения, которому сопутствует низкая приспособляемость в социальной среде.
Сензитивные интроверты в условиях, когда взрослые действуют императивно и не стараются их понять, могут впадать в состояние депрессии и проявляют склонность к суицидальным намерениям.
При неблагоприятном развитии, в условиях прямого противодействия и применения родителями жестких форм наказания, без терпения и уступчивости, у детей с выраженными агрессивно-спонтанными чертами эти особенности еще больше заостряются. Дети ожесточаются и становятся непредсказуемо агрессивными, неуправляемыми и жестокими. Отсюда вывод – старый, как мир: злом зла не исправить.
Следует набраться терпения и с первых шагов ребенка все ему объяснять, растолковывать. Дать ему максимум свободы в освоении окружающего мира, оберегая и вмешиваясь лишь тогда, когда ему грозит реальная опасность. Если этого не сделать сразу, то иррациональные (неадекватные) реакции могут закрепиться, и тогда бороться с ними будет уже гораздо труднее.
Нельзя ограничивать стремление ребенка постоянно что-то усваивать, его никогда не насыщаемую полностью любознательность. Причем именно то, что проникает в его душу не насильственно, не по приказу и тем более не в наказание, воспринимается быстрее и лучше запоминается.
Дети гораздо смышленее, чем мы о них иной раз думаем.