Химеры разума. Современная психология о монстрах древности. Как разоблачить свои ночные кошмары

«Суть воинской инициации заключалась в ритуальном превращении молодого воина в волка. Речь шла не только о храбрости, физической силе или умении выносить лишения, но и о магическом религиозном опыте, радикальным образом менявшем жизнь испытуемого. Он должен был преодолеть свой человеческий облик в порыве агрессивной, устрашающей ярости, уподоблявшей его бешеному хищнику. <…>

…Превращение в волка осуществлялось путем ритуального надевания шкуры, предшествовавшего или следовавшего за радикальным изменением поведения. Все то время, что воин находился в шкуре животного, он не был человеком, а непосредственно – хищником: он не только становился жестоким непобедимым воином, охваченным furor heroicus, но и избавлялся от любого человеческого проявления, иными словами, он больше не чувствовал себя связанным с законами и обычаями людей»

[77].

В древнем Риме зимой совершались особые жертвенные ритуалы – луперкалии, местом их проведения была пещера Луперкал (лат. lupus – волк), где, по легенде, волчица вскормила основателей Рима – Ромула и Рема[78].

Не исключено, что древние жители, бывшие свидетелями и участниками подобных ритуалов, понимали их символическое значение и не воспринимали превращение буквально. Но со временем, кода христианство вытеснило язычество в Европе и древние обряды канули в прошлое, в народной памяти остались их отголоски, превратившиеся в сказочные истории об оборотнях.

<p>Охотничья маскировка</p>

Символическое превращение шамана в животное во время камлания также является распространенным элементом верований народов Сибири. Этим обусловлено использование обрядового костюма, включающего элементы животного происхождения: шкуры, рога, перья и т. д. Переодевание в звериные шкуры и подражание повадкам животных могло быть архаичным приемом охоты, позволяющим незаметно подобраться к добыче. Так за мифическим образом оборотня можно рассмотреть древнего охотника, на время выслеживания добычи «перевоплощавшегося в зверя»[79]. Охота в первобытном сообществе была тесно связана с магическими ритуалами, этим может быть обусловлено проникновение элементов охотничьего камуфляжа в обрядовую одежду шаманов.

<p>Агрессивные животные</p>

И, наконец, не стоит забывать, что жители той далекой эпохи зачастую подвергались нападению диких зверей, в первую очередь волков. Среди них могли встречаться особо крупные и агрессивные особи, вызывающие суеверный страх своим видом и поведением.

Вот как в «Истории северных народов» Олаф Магнус описывает реалии жизни своих современников:

«Чтобы путешественники, в январе едущие на санях в церковь, могли защитить свою жизнь, им надлежит вооружиться так, словно они отправляются в военный поход, то есть луками, копьями и пищалями, потому что оголодавшие волки нападают с двух сторон целыми стаями. Иногда волки, обезумевшие от голода и холода и подгоняемые природным инстинктом, нападают на человеческое жилье, на домашних животных, которых пожирают на месте или утаскивают в лес»[80].

Здесь также стоит вспомнить нашумевшую историю о «Жеводанском звере», хотя, как и множество других полулегендарных событий, она не имеет однозначного объяснения. В конце XVIII в. селения на юге Франции подвергались частым нападениям некоего зверя, в том числе приводившим к смертельному исходу. На фоне этих событий возникла легенда о Жеводанском волке-оборотне. Среди возможных разгадок данного явления выдвигались различные версии – появление особо крупной особи волка, гибрида волка и собаки, либо даже экзотического хищника из семейства кошачьих, или гиены. Не исключено, что за всеми нападениями стояло несколько разных зверей, которых народная молва объединила в один образ монстра-людоеда[81].