Холодный дом (Bleak House)

And that's all he does!"	Вот и все!
I had nothing to offer in reply to this exposition and therefore took my leave.	Мне нечего было возразить на это рассуждение, и поэтому я распрощалась с мистером Скимполом.
Mr. Skimpole, however, who was in excellent spirits, would not hear of my returning home attended only by	Однако мистер Скимпол, который был в прекрасном расположении духа, и слышать не хотел, чтобы я вернулась домой в сопровождении одной только
"Little Coavinses," and accompanied me himself.	"Ковинсовой малютки", как он все еще называл Чарли, и сам проводил меня до дому.
He entertained me on the way with a variety of delightful conversation and assured me, at parting, that he should never forget the fine tact with which I had found that out for him about our young friends.	По дороге он занимал меня приятным разговором о том о сем; а прощаясь, заверил, что никогда не позабудет, с какой деликатностью и тактом я разъяснила ему, как ему надо себя вести с нашими молодыми друзьями.
As it so happened that I never saw Mr. Skimpole again, I may at once finish what I know of his history.	Как-то так вышло, что я больше не встречала мистера Скимпола; поэтому лучше мне тут же рассказать все, что я знаю о его дальнейшей жизни.
A coolness arose between him and my guardian, based principally on the foregoing grounds and on his having heartlessly disregarded my guardian's entreaties (as we afterwards learned from Ada) in reference to Richard.	Опекун и он охладели друг к другу главным образом из-за случая с Джо, а также потому, что мистер Скимпол (как мы впоследствии узнали от Ады) бездушно пренебрег просьбами опекуна не вымогать денег у Ричарда.
His being heavily in my guardian's debt had nothing to do with their separation.	Его крупный долг опекуну никак не повлиял на их разрыв.
He died some five years afterwards and left a diary behind him, with letters and other materials towards his life, which was published and which showed him to have been the victim of a combination on the part of mankind against an amiable child.	Мистер Скимпол умер лет через пять после этого, оставив дневник, письма и разные материалы автобиографического характера; все это было опубликовано и рисовало его как жертву коварной интриги, которую человечество замыслило против простодушного младенца.
It was considered very pleasant reading, but I never read more of it myself than the sentence on which I chanced to light on opening the book.	Говорят, будто книга получилась занимательная, но я, открыв ее как-то раз, прочла из нее только одну фразу, случайно попавшуюся мне на глаза, и дальше уже читать не стала.
It was this:	Вот эта фраза:
"Jarndyce, in common with most other men I have known, is the incarnation of selfishness."	"Джарндис, как и почти все, кого я знал, - это воплощенное Себялюбие".
And now I come to a part of my story touching myself very nearly indeed, and for which I was quite unprepared when the circumstance occurred.	А теперь я подхожу к тем главам своего повествования, которые очень близко касаются меня самой, и опишу события, которых никак не предвидела.
Whatever little lingerings may have now and then revived in my mind associated with my poor old face had only revived as belonging to a part of my life that was gone--gone like my infancy or my childhood.	Если время от времени во мне и возникали воспоминания о том, каким было когда-то мое несчастное лицо, то лишь потому, что они были частью воспоминаний о тех годах моей жизни, которые уже миновали... миновали так же, как детство и отрочество.