Хороший год, или Как я научилась принимать неудачи, отказалась от романтических комедий и перестала откладывать жизнь «на потом»

Неужели произошло чудо? И он «исцелился»?

Но тут наступили выходные, и муж решил отправиться «за покупками». Продукты нам нужны, так что это нормально. Это санкционированный шопинг. Что в этом ужасного? Он всего лишь доедет от нашего дома до супермаркета.

Ответ: Много.

Четыре часа, десять пластиковых пакетов и три аккуратные картонные коробки — и вот мой сияющий муж Либераче вернулся домой.

— Мне уйти в ванную, пока ты все это прячешь?

— Думаю, это было бы разумно, — ответил он и добавил: — Я принесу тебе чая… в одной из наших НОВЫХ чашек!

Легомен вытащил набор из шести кружек, которые не были нам нужны. Мне они не понравились. Я прикусила язык и поднялась наверх.

Может быть, перемены всегда таковы? Их можно осуществить только для себя самой?

Я вошла в ванную и открыла кран на полную мощность.

Может быть, доктор Бенджамин, специалист по изменению поведения и большой любитель печенья, был прав: внешнее давление не работает? Только внутренняя мотивация может привести к переменам.

Я обещала принимать Легомена в богатстве и бедности: в болезни ADOSOD и здравии. Может быть, это испытание для меня?

Появился Легомен с кружкой чая и булочкой из моей любимой кондитерской.

— Это в знак извинения.

Я никак не могла отказаться от сахара надолго: все семейные эмоции у нас всегда выражались через булочки и пирожные.

— У нас так много… всего… — Я попыталась объяснить, как отношусь к его тратам и неутолимой жажде наполнить дом всякими вещами, но потом передумала. — Ты же знаешь, что нам скоро переезжать, верно?

Мы оба решили, что больше не можем оставаться в доме с текущими окнами — поедем ли мы в Англию или останемся здесь. Но я чувствовала, что Легомен все еще отрицает этот факт. Сопротивление переменам заставляет его накапливать все больше «блестящих предметов», которые можно чувствовать, трогать, которые принадлежат ему здесь и сейчас.

— Знаю, что покупаю чуть больше, чем другие… — Я чуть чаем не подавилась на этом «чуть». — Но это делает меня… счастливым.

— Но разве ты не понимаешь? Это странно.

Думаю, психологи не одобрили бы подобной семейной «обратной связи», но меня переполняло сочувствие.

— Разве мы не делаем тебя счастливым? Я и Рыжик?

— Конечно, делаете. Но это другое.

— Что ты хочешь сказать?

— Не знаю. Но не думаю, что, если ты будешь говорить мне, чтобы я чего-то не покупал, это нам поможет.

А что же поможет? Вскрытие? Мне хотелось кричать, но я справилась с собой. Главным образом потому, что рот мой был набит восхитительной сдобой и мне не хотелось потерять хоть крошку.

Легомен ушел разбирать покупки, а я задумалась о наших вещах и их значении. Я не могла избавиться от мысли, что у нас всего слишком много. И тогда я решила разобраться с хламом и точно определить масштабы катастрофы. Я чувствовала, что для Легомена это станет настоящим потрясением.

Что я узнала об изменении нашего отношения к деньгам

1. Покупки редко бывают связаны с приобретением имущества.

2. Малые шаги пугают не так сильно, как большие, — и они гораздо более эффективны.

3. Деньги — это власть, поэтому неведение в финансовых вопросах никому еще на пользу не шло.

4. Минута в день может изменить ваше отношение к финансам (и даже обеспечить ПЕНСИЕЙ).

5. Таппинг выглядит глупо, но это бесплатно и легко. Стоит попробовать — а вдруг поможет?

6. Мы не можем изменить других людей или их финансовые привычки. Какая жалость…

7. За деньги не купишь любовь, но они позволяют приобрести бокалы на целый бар или устроить домашний спортивный зал в кухонном шкафчике.

8. Дом. Будем строить Легодом

В этой главе я отважно побеждаю Чердак; испытываю метод Мари Кондо; выполняю операцию «Форма для льда» Курта Левина; осваиваю датское искусство избавления от хлама и понимаю, почему хюгге — это жизненно важный навык.

Паук неодобрительно посмотрел на меня со своей паутины, когда я поднялась на первую ступеньку стремянки. От прохладного воздуха по коже у меня побежали мурашки. Звуки машин с улицы доносились более отчетливо — под крышей всегда так.