Кино после Сталина

Совсем другой сценарист Юрий Клепиков. Он тоже, как и Рязанцева, замечательно владел словом. Кто-то точно сказал о нем, что он был из тех сценаристов, которых интересно не только «смотреть», но и читать. При этом был абсолютно конкретен и лаконичен в сценарной записи.

Со своим первым сценарием, дипломным на Высших курсах, он сразу же навсегда вошел в наше кино. Конечно, во многом благодаря тому, что режиссером картины по этому сценарию был Андрей Кончаловский.

«История Аси Клячиной, которая любила, да не вышла замуж».

«В эту первую встречу Андрон объявил мне, что займется моим текстом через год, а пока отправляется на съемки своего первого большого фильма – “Первый учитель”… Не скрою, “Первый учитель” меня потряс. Я понял, мой сценарий – в надежных руках. Андрон по-хозяйски, авторитарно разместился в пространстве моего текста. Именно из сотрудничества с ним я вывел свою формулу работы сценариста с режиссером: делай все, что считаешь нужным с моим сценарием, – но сделай лучше, чем у меня… Настоящая режиссура – акт одухотворения…» (Юрий Клепиков)[115].

Юрий Клепиков в роли режиссера Фёдора Игнатьева в фильме «Начало»

1970

[РИА Новости]

Георгий Рерберг и Андрей Михалков-Кончаловский на съемках фильма «История Аси Клячиной»

Фотограф М. Озерский

1 ноября 1966

[РИА Новости]

Удивительный этот и совершенно новаторский фильм, названный шедевром, но пролежавший «на полке» 20 лет, заслуживает отдельного разговора. Для Клепикова это стало пропуском в «большое кино», где он сразу оказался нужен режиссерам, начиная с Алексея Германа.

Для многих – и хороших – сценаристов совершенно законна всеядность, то есть способность и возможность переходить от драмы к комедии, от «производственного» сценария к лирическому о любви, от оригинальной истории к экранизации.

Клепиков не такой, у него всегда одна цель. Он каждый раз создавал свой особенный мир, рожденный чувством и мыслью. Звал в этот мир режиссеров – Андрона Кончаловского, Динару Асанову, Семена Арановича, Виталия Мельникова… И уходил в тень, давая им возможность утверждать свое режиссерское «я» на фундаменте, который мог заложить только он.

В списке его работ два названия экранизаций. Фильм «Даурия» по роману К. Седых, режиссер Виктор Трегубович. Хороший режиссер, однако этот его фильм, собравший 49,6 миллиона зрителей, большого резонанса у критиков не имел.

У фильма «Восхождение», снятого Ларисой Шепитько, другая судьба. «Картину купили для кинопроката почти сорок стран, фильм показывали на всех континентах, он имел ошеломляющий успех». На Берлинском кинофестивале в 1977 году фильм был удостоен высшей награды – премии Гран-при «Золотой медведь».

В основе сценария повесть «Сотников» белорусского писателя Василя Быкова, бывшего фронтовика. Рассказ о двух партизанах, попавших в плен к полицаям.

Из всех возможных сценаристов для этой очень сложной работы Шепитько по совету Натальи Рязанцевой выбирает Клепикова. Ей нужен был очень точный сценарий, сохраняющий для кино высокий, библейский трагизм, ощутимый в очень просто написанной повести.

Актер Борис Плотников в роли Сотникова в фильме «Восхождение»

1977

[РИА Новости]

Она оказалась права в своем выборе.

Клепиков сначала отказался, ссылаясь на то, что экранизации не его дело, потом просил отложить работу – он был занят другим сценарием. «Шепитько в течение одного телефонного разговора убедила его бросить все дела. По его признанию, Клепиков “не устоял против энергии тайфуна, имя которому – Лариса”»[116].

Работали над сценарием они под Ленинградом, в Репино, в нашем Доме творчества. Я тоже тогда там жил. И я наблюдал, как соединяются в одухотворяющей их работе два характера, два таланта…

И вот Шпаликов! Самый известный из всех. Тогда и сейчас. И с самой сложной судьбой – и человеческой, и профессиональной.

Не помню, были ли знакомы Клепиков и Шпаликов. Если и были, то неблизко, наверное, как-то мельком – на «Ленфильме». В Первом творческом объединении, где сценарист Шпаликов обсуждал с редакторами новый сценарий. Или в коридорах студии, по которым пробегал кинорежиссер Шпаликов, опаздывая на съемку сцены из картины «Долгая счастливая жизнь».