Князь и митрополит. Первый кризис Русской церкви (1049-1058)

Следующая известная нам постройка Ярослава, а точнее его сына Владимира, была начата только в 1045 году – это Св. София Новгородская, воздвигнутая вместо деревянного собора, сгоревшего 15 марта 1045 года[115] (подр. см. экскурс 8). Примечательным образом эта лакуна в строительной активности совпадает с русско-византийской войной, начавшейся в 1043 году с похода Владимира Ярославича на Царьград. Таким образом, получается, что новгородский собор начали строить через год после похода князя на Константинополь. Собор строился четыре года и был освящен в 1049/50 году[116], без росписи.

Новгородский собор демонстрирует связь сразу с двумя направлениями в зодчестве Ярослава. С одной стороны, он представляет собой упрощенный и уменьшенный вариант архитектурного типа своего киевского тезки. Сторона подкупольного квадрата здесь – 6,1 метра вместо 7,75 метра в Киеве, но повышены вертикальные пропорции: хоры выше на 2 метра, а общая высота – в полтора раза. Конструкция хор аналогична киевской, равно как и сохранены наружные галереи, сделанные широкими (для устройства приделов) и пристроенные снаружи к стенам основного объема, хотя они стали одинарными. Первоначально галереи должны были представлять собой один ярус изолированных помещений разного объема, с плоской кровлей и парапетом, как внешняя галерея Св. Софии Киевской, однако в процессе строительства был добавлен второй ярус. Основная опора сводов в Новгороде – также крестчатые столпы, но вынос их лопаток, как и в Спасе Черниговском, значительно сокращен. Из-за уменьшения размеров здания тройные аркады в торцах рукавов были заменены на двойные, опирающиеся на столпы: восьмигранные, круглый и четырехгранные, причем на стенах за аркадами сделаны тройные аркосолии, что показывает пренебрежение тектоникой форм и создает неудобство при проходе в первом ярусе. Из-за упрощения плана число апсид в Св. Софии Новгородской также было сокращено с 5 до 3, лестничных башен – с 2 до 1, а куполов – с 13 до 6 и оказалось ближе к «константинопольской» пятикупольности (шестой венчает лестничную башню). Малые ячейки перекрыты здесь не купольными, а коробовыми сводами. На втором ярусе в ячейках к западу от боковых рукавов своды двускатные, что указывает, возможно, на участие в строительстве собора романских мастеров из Северной Европы.

С другой стороны, кладка Св. Софии Новгородской (где в opus mixtum преобладает камень) сближает ее со Спасом Черниговским. Дело в том, что по способу изготовления новгородская плинфа отличается от киевской и наиболее близка плинфе черниговского собора (сформована к неразборной рамке без дна), что говорит о работе в Новгороде его плинфотворителей, доставшихся Ярославу еще от Мстислава.

А вот фасадная декорация Св. Софии Новгородской отличается как от киевского, так и от черниговского соборов. Двускатные своды порождают на фасаде щипцовое завершение; на западном фасаде два северных малых прясла завершаются накладными закомарами, которые, впрочем, известны в византийской архитектуре этого времени (кафоликон Неа Мони на Хиосе 1042–1049 годов); крайние угловые ячейки на восточном фасаде завершаются половинкой закомары (из-за примыкающих высоких постаментов соседних малых глав). Все апсиды и купола собора снаружи упрощены: они круглые, кроме центральной апсиды с пятью гранями, разделенными узкими полукруглыми тягами, не доходящими до земли. Остальные фасады разделены только мощными лопатками, а также фризом из маленьких арочек под карнизами (включая закомары) и на куполах, где он имитирует, вероятно, малые купола Св. Софии Киевской. Впрочем, первоначально фасады собора были украшены различными приемами керамической декорации и полихромной росписью под квадры. Внутри же храм был лишь оштукатурен (с элементами разгранки под квадры), да и то частично, а полностью расписан лишь в 1108/09 году.

Итак, Св. София Новгородская, с одной стороны, начинает в русском зодчестве середины XI века линию несколько упрощенных «копий» своей киевской тезки. С другой стороны, в ее строительстве, которым руководил сын и наследник Ярослава Владимир, принимали участие и зодчие киевских храмов с их богатым репертуаром фасадного декора, и плинфотворители из черниговской артели Мстислава, и даже, возможно, романские мастера из Северной Европы. Напротив, здесь нет следов тех греческих фрескистов, которые работали в 1030-х – начале 1040-х годов в Киеве (Св. София и Десятинная церковь) и Чернигове: возможно, они уехали на родину после начала русско-византийской войны в 1043 году.

Св. Георгий и Св. Ирина в Киеве