Читаем Книга о русском еврействе. 1917-1967 полностью

В июле 1956 г. Хаим Сулер из нью-йоркской коммуни­стической газеты «Морнинг Фрайгайт», по возвращении из России, сообщил о планах восстановления еврейского театра в Москве. Тогда даже назывались имена актеров и членов специального комитета, который якобы должен был за­няться осуществлением этого плана. В последующие годы советские сановники часто возвращались к этому проекту и даже выражали сожаление, что «встречаются неожиданные препятствия» — то нет актеров, то еще не решен вопрос о месте и о городе, где этот театр будет помещаться. Один­надцать лет после появления заметки в нью-йоркской газете на всей территории С.С.С.Р. еще нет ни одного профессио­нального еврейского театра. Между тем в 1962 г. в Совет­ском Союзе функционировали 495 профессиональных теат­ров на русском, украинском и др. языках. В это число вхо­дили 32 театра оперы и балета, 356 — драмы, комедии и музыкальной комедии и 107 — детских. Эти театры пред­ставляли многочисленные национальности и языки Совет­ского Союза, — всех, кроме евреев.

Так и после Сталина еврейский театр остается под за­претом.

Между тем, тяга к еврейскому театру была огромна. Вопреки желанию официальных кругов среди еврейских масс начался процесс культурной самодеятельности. В рам­ках нашей работы мы не можем входить в сложную общую проблему о возможностях самодеятельности в условиях советского режима. Современная социология, занимающая­ся изучением тоталитарного строя, обратила внимание на это своеобразное явление. Не подлежит сомнению, что го­раздо легче проявлять самодеятельность в форме любитель­ского театра, чем, например, в литературе или в школьном деле. Хронологически еврейская самодеятельность в этой области началась в середине 50-х годов в связи с развитием общего процесса «либерализации». Старые актеры, певцы и музыканты (многие из них уроженцы Польши, Литвы и Бессарабии) начали организовывать кружки, специализи­рующиеся в репертуаре на идиш. Организация таких кружков требует энергии и умения использовать имеющиеся связи с клубами, профессиональными союзами и т. д. Не­ожиданно на помощь пришла молодежь — еврейские юно­ши и девушки, сохранившие интерес к еврейскому слову и еврейской песне. Постепенно возникли любительские круж­ки в Вильне, в Ковне, Риге, Черновцах, Ленинграде и др. городах, где они добились покровительства профессиональ­ных союзов и других организаций. Эти подчас непритяза­тельные странствующие труппы привлекали тысячи слу­шателей — старых и молодых, включая многих и не знаю­щих идиш.

Согласно имеющимся данным, в одном 1957 г. в СССР состоялось около 3000 концертов с репертуаром на идиш. Около 300.000 слушателей посетили такие любительские ве­чера в 1961 г. Советские газеты об этих вечерах не писали, но варшавская «Фольксштиме» передавала, что еврейские литературные чтения и концерты стали одним из самых зна­чительных явлений в еврейской жизни в Советском Союзе. Эти концерты были встречены с энтузиазмом в Москве, а затем и на Украине, в Белоруссии и в других частях Совет­ского Союза.

Среди любительских кружков наибольшей известно­стью пользовался «Виленский Драматический Ансамбль» при Виленском Совете профессиональных Союзов. Учреж­денный в 1956 г., этот ансамбль насчитывал 40 членов и ра­ботал под руководством Мотеля Кановича и Сарры Бекер. Репертуар Виленского Ансамбля включает пьесы старых классиков, а также произведения советских драматургов. За последние годы в Ансамбле поставили «Дос Гройсе Гевине» и «Тевье-дер-Милхикер» Шолем-Алейхема; «Бойтре» Мой­ше Кульбака; «Фрайе Лихт» Шнеера и «Гершеле Острополер». В 1966 г. поставили новую пьесу о жизни евреев во время немецкой оккупации «Кейнмол нит фергесн». Пьеса шла под музыкальный аккомпанемент, построенный на мелодии традиционной Кол-Нидрэ. В Вильне существует также еврейский любительский хор с 50 хористами, ан­самбль танцоров и любительский оркестр.

В 1962 г. в Ковно был образован новый еврейский дра­матический ансамбль, который выступает с большим успе­хом перед еврейской и нееврейской публикой. Ковенская труппа часто возвращается к истокам еврейского театра, и ее постановка «Цвей Кунилемлех» Гольфадена приобрела большую популярность. Существует также еврейский лю­бительский художественный клуб в Риге.

Чтобы дать более полную картину еврейской культур­ной самодеятельности нужно упомянуть т. н. эстрадное искусство, ныне широко распространенное в Советском Союзе. В эту категорию входят индивидуальные актеры, певцы и музыканты, выступающие соло и группами. Они дают вокальные концерты, иногда связанные с чтением ли­тературных произведений и с комедийными номерами. В этой области пользуется широкой популярностью «Черно­вицкий Художественный Ансамбль» под руководством из­вестной актрисы Сиди Тал. В сотрудничестве с Мотелем Сакснером ансамбль дает «концерты-ревю» по всему Со­ветскому Союзу.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1991. Хроника войны в Персидском заливе
1991. Хроника войны в Персидском заливе

Книга американского военного историка Ричарда С. Лаури посвящена операции «Буря в пустыне», которую международная военная коалиция блестяще провела против войск Саддама Хусейна в январе – феврале 1991 г. Этот конфликт стал первой большой войной современности, а ее планирование и проведение по сей день является своего рода эталоном масштабных боевых действий эпохи профессиональных западных армий и новейших военных технологий. Опираясь на многочисленные источники, включая рассказы участников событий, автор подробно и вместе с тем живо описывает боевые действия сторон, причем особое внимание он уделяет наземной фазе войны – наступлению коалиционных войск, приведшему к изгнанию иракских оккупантов из Кувейта и поражению армии Саддама Хусейна.Работа Лаури будет интересна не только специалистам, профессионально изучающим историю «Первой войны в Заливе», но и всем любителям, интересующимся вооруженными конфликтами нашего времени.

Ричард С. Лаури

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Прочая справочная литература / Военная документалистика / Прочая документальная литература
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное