Книжные контрабандисты. Как поэты-партизаны спасали от нацистов сокровища еврейской культуры

22 сентября 1953 года Вильнюсский градостроительный комитет одобрил план реконструкции части Старого города, где находилась и синагога. Согласно этому плану, здание надлежало снести и на его месте построить жилые дома. План этот не был распоряжением из Москвы. Решение приняли на месте, через пять месяцев после смерти Сталина и через четыре месяца после того, как в Кремле развенчали последнюю его антисемитскую кампанию. Синагога стала неудобным напоминанием о еврейском прошлом Вильнюса. Лишь один из десяти членов комитета, З. С. Будрейка, высказал возражения и предложил сохранить синагогу в качестве памятника архитектуры.

Снос проходил в течение следующего года. Каменные стены оказались настолько прочными, что раз за разом не поддавались динамиту. Казалось, что синагога активно сопротивляется[493]. И все же в итоге пал и последний бастион Литовского Иерусалима.

Большую синагогу не удавалось сокрушить несколько веков: она пережила разрушение города во время русского вторжения в 1665 году, выдержала удары наполеоновских ядер в 1812-м, выстояла под бомбами Первой мировой. Многие поколения виленских евреев верили, что штот-шул находится под охраной Всевышнего, и тот не дает причинять ей вред. Синагогу благословил Господь, пообещал, что она простоит до прихода Мессии, до того дня, когда, как учит Талмуд, в Земле Израиля заново освятят Храм. Выжившие в Виленском гетто с изумлением отмечали, что даже нацисты, уничтожавшие виленских евреев, не разрушили Большую синагогу. Заложить динамит и превратить легенду в обломки выпало уже властям советской Литвы.

Глава двадцать девятая

Дальнейшие судьбы

Определяющие события в судьбах как грабителей из Оперативного штаба рейхсляйтера Розенберга, так и спасителей книг из «бумажной бригады» пришлись на годы войны, однако и у злодеев, и у уцелевших героев впереди было еще много десятков лет жизни: одни прожили их публично, другие – скрываясь.

Сотрудники ОШР – те, кто разграбил и уничтожил Литовский Иерусалим, не предстали перед судом и не понесли наказания за содеянное.

Доктор Иоганнес Поль попал в плен к американцам 31 мая 1945 года в Восточной Германии, в городке Пёснеке – на тот момент он был сотрудником нацистского пропагандистского журнала Welt Dienst («Всемирная служба»), издававшегося Институтом изучения еврейского вопроса. Он признал, что работал в институте и ОШР, и все же через год и пять месяцев, после завершения Нюрнбергского процесса, американцы отпустили его на свободу.

Полю очень повезло. В Нюрнберге ОШР был объявлен преступной организацией. Три докладные записки Поля Альфреду Розенбергу, где сообщалось о «приобретениях» ОШР, использовались в качестве свидетельств. Розенберга казнили, а Поля, человека, который руководил разграблением сокровищ иудаики и гебраистики, отпустили – он так и не предстал перед судом. Союзники не стали вдаваться в деятельность рядовых сотрудников организации и подвергать их преследованиям.

После этого Поль жил тихо, не претендуя на научные или библиотечные должности, ведь тогда вскрылись бы подробности его деятельности во время войны. Он провел несколько лет в родном Кельне, где активно участвовал в работе местного католического прихода и даже жил некоторое время на церковной территории на окраине города.

Поль публиковал статьи в «Палестинском ежегоднике» Немецкого общества Святой земли, в членах которого состоял еще в бытность свою молодым священником и викарием. В статьях уже не звучало прежнего оголтелого антисемитизма, однако время от времени неприязнь к евреям вырывалась на поверхность. В статье об Арабо-израильской войне 1948–1949 годов он предупреждает читателей о том, что Арабскому миру пришлось столкнуться с «русско-еврейской угрозой». Название нового государства, Израиль, он последовательно заключает в кавычки, показывая тем самым, что страна не является легитимным политическим образованием.

В 1953 году Поль перебрался в Висбаден, где работал редактором в издательстве Штайнера. Он фактически является редактором справочника по нормативному использованию немецкого языка, выпущенного под маркой «Дуден», который по сей день считается образцовым. Однако в города былых своих «свершений», Берлин и Франкфурт, Поль не возвращался, равно как и не возобновлял связей с бывшими коллегами по ОШР. Оставаясь в тени и сократив общение до минимума, он смог избежать ареста. Скончался Поль в 1960 году[494].