Когда генералы захватывают власть

«По нашему мнению, нет ни победителей, ни побежденных», — заявил Аугусто Пиночет спустя месяц после государственного переворота и убийства Альенде. Это благое пожелание не соответствует действительности. Чилийское общество расколото как никогда. Есть и победители и побежденные.

В разделе наследства Народного единства извечные заговорщики обошли новоиспеченных путчистов. Военно-морской флот и военно-воздушные силы опередили сухопутную армию и карабинеров. Моряки и летчики проявляли с 1970 по 1973 год больше твердости в отношении Сальвадора Альенде и больше сплоченности, чем их коллеги в армии и военизированной полиции[5]. Они расширяли связи с влиятельными группами, профессиональными ассоциациями, с партиями, которые с течением времени полностью переметнулись в лагерь оппозиции. Наконец, они поддерживали и даже укрепляли традиционно тесные связи с военно-морскими и военно-воздушными силами США.

Во время распределения портфелей ВМФ отхватил львиную долю. Армия (28 тысяч солдат, в том числе 9 тысяч солдат-призывников) получила 3 министерских портфеля. Столько же получили военно-воздушные силы и карабинеры. Что касается военно-морского флота (21 тысяча матросов, в том числе 1200 матросов-призывников), то он заполучил четыре портфеля, причем важнейших: иностранных дел, национальной обороны, просвещения и финансов, а также министерства юстиции. Военно-морской флот — самый авторитарный, если не самый старый из трех видов вооруженных сил, и единственный, который привлекает сыновей из богатых семей. Поэтому неудивительно, что военно-морской флот очень рано встал на сторону богатых в борьбе с правительством Альенде.

По счету платят чилийцы

Моряки контролируют министерства финансов и экономики, откуда они начинали разрушать то, что сделало Народное единство. Под предлогом поддержания «реальных цен» адмирал Лоренсо Готусо разрешил свободно устанавливать цены на огромное большинство продуктов, в том числе на многие предметы первой необходимости: цена на хлеб и растительное масло повысилась на 246 процентов, на сахар — на 500 процентов, на чай — на 1800 процентов. «Праздник окончился, — заявил адмирал, — теперь необходимо уплатить по счету».

Счет предъявлен и десяткам тысяч лиц, уволенных по политическим мотивам, и рабочим, и служащим, зарплата которых практически заморожена. Между тем инфляция, размеры которой в этом году несомненно достигнут 1000 процентов, свирепствует. Можно думать, что через 3, максимум 6 месяцев хунта аннулирует широкое перераспределение доходов, производившееся по распоряжению свергнутого режима в течение первых двух лет его существования в интересах наиболее обездоленных секторов.

В министерстве экономики, которым долгое время руководил Педро Вускович, водворился Фернандо Ленис, президент — генеральный директор крупнейшей в стране издательской группы «Меркурио»[6]. Трудно представить себе более резкую перемену. Вместе с Ленисом вслед за военными в правительство возвращаются предприниматели — и это знаменательно.

Что касается иностранных инвесторов — американских и европейских, — они получили заверения министра иностранных дел адмирала Исмаэля Уэрты и его экономического советника — бывшего президента «Софофа» («Сосьедад де фоменто фабриль»)[7], вожака чилийских промышленников Орландо Саэнса — в том, что хунта готова предоставить компенсацию экспроприированным компаниям. Представители «Доу кемикл компани», с которыми мы встретились в Консепсьоне в то время, когда они инспектировали оборудование своего филиала «Петродоу», реквизированного в 1972 году, были вызваны всего лишь через два дня после государственного переворота самим адмиралом Уэртой. Невозможно быть более старательным.

Присутствие Саэнса рядом с министром подтверждает существование связей хунты с финансовыми группами. В самом деле, Саэнс был казначеем заговорщиков, разъезжал до путча по «свободному» миру: из Нью-Йорка в столицу Бразилии, из Цюриха в Буэнос-Айрес для сбора средств. Насколько нам известно, он просил о помощи крупные швейцарские банки и аргентинских предпринимателей. Кое-где опровергают благожелательное отношение к его просьбе, и опровержения не вызывают удивления. Однако бразильцы, как полагают, не поскупились внести свой вклад деньгами и оружием, предназначенными для штатских из крайне правой группировки «Патриа и либертад», подобно тому, как они поступили двумя годами ранее в отношении боливийских фалангистов и военных, связанных с генералом Уго Бансером. В США всегда можно найти какую-нибудь благотворительную «ИТТ»[8], чтобы за ее счет финансировать забастовки — в течение полутора месяцев каждый водитель грузовика получал по 2 тысячи эскудо в день, — оплачивать поездки, вооружать террористов. Любой государственный переворот обходится в миллионы долларов.

В армии растет недовольство