Когда я была маленькой. Светлые рассказы о детстве, которые объединяют поколения

Все она понимала. И умерла вслед за мамой. Просто легла и почти перестала кушать. Лежит и слабеет с каждым днем. А на все уговоры улыбается кротко так и говорит: «Я хочу к мамочке! Мама меня ждет! Не плакайте, пожалуйста, вытерите слезки; кап-кап…» Девочка обнимала слабую Манечку, просила остаться, говорила, как любит ее. А Манечка ласково говорила, что идет по лесенке к маме. Красивая лесенка! Не плачь, моя девочка. Я просто к маме иду…

И ушла по лесенке тихо и безмятежно. Вот и вся история. Зачем мы приходим на землю и у кого какая задача – это тайна. Одним открывается смысл, другим – нет. Одни приходят воевать и бороться, защищать или знания получать. Другие приходят учить и лечить. Третьи – разрушать. Четвертые – выращивать и строить… А кроткие приходят, чтобы мы тут не поубивали друг друга в заботе о всеобщем благе и счастье человечества. Чтобы вытащить тех, кто тонет, пока другие в запале игры этого не заметили. А потом уйти по лесенке обратно домой – на небо. Откуда они пришли ненадолго к нам, к нормальным. И сидели на бережку, смотрели за нами, сколько могли. Сколько хватило сил…

Научиться видеть

В санатории отдыхали дети; разные дети после лечения. Одна девочка сидела за столиком и рисовала: перед ней стояли баночки с гуашью и стакан с водой, чтобы кисточку мыть. И слепой мальчик случайно толкнул стакан с грязной водой. Рисунок залило, он был испорчен! И девочка закричала на мальчика, тоже толкнула его. Мальчик извинялся, он же случайно… А мама девочки извинилась перед мальчиком и увела дочку в комнату. Она предложила кое-что попробовать, эксперимент поставить. Поиграть в одну полезную игру. Девочка радостно согласилась. Мама завязала ей глаза шарфиком, как при игре в жмурки. И сказала: «Налей воды в стакан!»

Сначала это было весело. Это игра! Но через пять минут девочка поняла, что это не очень-то весело и интересно; сделать что-то на ощупь почти невозможно. И темно. И тревожно – маму не видно. Вдруг мама ушла? Девочка стала снимать шарфик, а мама сказала: «Подожди минутку. Подумай, каково было бы всегда ходить с завязанными глазами и ничего не видеть?..» Девочка подумала и заплакала. А мама тотчас развязала шарфик и ничего больше не сказала. Девочка и так все поняла. Через опыт.

Иногда люди делают ошибки не специально. Они не видят, вот в чем дело. Они лишены того, что есть у нас: образования, опыта, таланта, воспитания, способности чувствовать тонко или способности любить… Они не нарочно причиняют нам зло, такие люди. Иногда с них можно снять шарфик; обучить, разъяснить, показать – и они поймут! А иногда нельзя разъяснить или показать. Невозможно. Они по-прежнему будут опрокидывать что-то или толкать даже без злого умысла. Они не видят душой. Их можно только остановить или словами сказать: «Осторожнее! Сейчас вы все разрушите или сами больно ушибетесь!»

…А девочка подружилась со слепым мальчиком; она стала ему помогать и опекать его. Играть с ним… Он оказался очень добрым и даже не вспоминал об инциденте. Мальчик-то как раз прекрасно видел – душой. А девочку мама научила видеть, завязав на пять минут глаза. Научила понимать и сочувствовать. Но не всех можно научить; не всем это дано. Некоторых людей надо просто принимать такими, какие они есть. И понимать, что они не нарочно разбивают стаканы и портят что-то; они не видят. Глазами видят, а сердцем, душой – не видят. И можно только самим проявить осторожность; мягко отстраниться. Потому что другого способа нет.

Рабочие моменты

Один доктор все нервничал из-за работы. Главный врач к нему придирался, пациенты были трудные, деньги несправедливо платили, премии лишили, условия труда тяжелые… Он нервничал и тревожился, ругался и постоянно говорил о проблемах. Писал жалобы, с начальством конфликтовал, плохо спал. С женой отношения тоже стали не очень; не до отношений было. И мальчику Ване он не уделял внимания; мысли были заняты другим. С собакой Джеком тоже не общался – Джек его раздражал своим лаем и просьбами поиграть в мячик.

В конце концов жена, сынок Ванечка и собачка-спаниель стали смирно себя вести, тихо говорить и лаять, стараться поменьше попадаться на глаза, чтобы не раздражать доктора, который все кричал и нервничал. Доктор чувствовал себя несчастным и раздраженным. И однажды проснулся под утро, уже светало. В квартире тихо. Все спят. Жена тихонько сопит, сжавшись в комочек. В кроватке спит Ванечка, положив ручку под подушку. На подстилочке спаниель Джек спит и вздрагивает во сне. Тишина. Покой. Никто не мешает. И доктор вдруг заплакал от чувства вины и невыразимого счастья: какой он был дурак. Вот же, все свои рядом. Все живы-здоровы и спят. Дышат. Родные и теплые. Ну, работа и работа – это рабочие моменты. Это не самое главное. Главное, что все дышат, сердце у всех бьется, все рядом, можно рукой потрогать и обнять. А многие из тех, кого доктор лечил в больнице… Ах, лучше не думать об этом…