«Когда мы были на войне…» Эссе и статьи о стихах, песнях, прозе и кино Великой Победы

Ростоцкий подбирал для своих фильмов великолепных артистов. В ленте «На семи ветрах» (1962) у него, кроме В. Тихонова, сыграли Пилявская, Лучко, Чурсина, Крамаров, Ромашин, Л. Быков… Ярко дебютировала Л. Лужина, студентка С. Герасимова. Она вспоминала: «Ранение у Станислава Иосифовича было тяжёлым, началась гангрена, поэтому выше колена ногу ему пришлось ампутировать. Всю жизнь он ходил с протезом, но, если вы об этом не знали, никогда бы не догадались: он танцевал, плавал на лодке, даже по горам лазил. Мне о его увечье стало известно совершенно случайно. … Сейчас протезы делают удобные, эластичные, а тогда они были дубовыми, топорными, ходить на них было очень больно. Как Ростоцкий терпел, не представляю! И, несмотря на постоянную боль, всегда был улыбчивым, доброжелательным, располагающим к себе».

Он в самом деле ходил легко и быстро, лихо водил машину, гонял на лодке с подвесным мотором, далеко забрасывал спиннинг и виртуозно пользовался обыкновенной удочкой. Считал себя рыбаком, а свою работу в кино в шутку называл хобби. Коллеги отмечали, что у него всегда было прекрасное настроение, он улыбался в любую погоду, умел поговорить с незнакомым человеком о самом главном и работать, даже если на улице шёл затяжной дождь и все были раздражены.

Ростоцкий был и членом правления Киностудии им. Горького. Преподавал во ВГИКе, писал статьи о кинематографистах, председательствовал в жюри на пяти Московских международных кинофестивалях (1975, 1977, 1979, 1981, 1983), по всему миру встречался с кинозрителями, коллегами, выдающимися кинодеятелями.

Последние тринадцать лет Ростоцкий не снимал, студия имени Горького была разрушена и разграблена. В одном интервью он поделился впечатлениями о новых временах отечественного кино: «Когда всё это начиналось, я уже знал, чем всё кончится. … Я снимал в Чехословакии, тогда это ещё была не капстрана, но законы были почти те же, снимал в Норвегии. А кроме того, я много раз бывал в Америке, у меня там много друзей … тот же Милош Форман. Поэтому я знал, что контроль рубля — это гораздо хуже, чем тот, идеологический контроль. Там можно было обмануть, применить эзопов язык, чтобы тебя поняли зрители. Наконец, там можно было уговорить, потому что далеко не все начальники были идиотами. … Не случайно, например, много прекрасных картин было снято при Ермаше. Его всё время обвиняют в травле Тарковского, а я знаю, сколько он принял на свою шею, чтобы Тарковский всё-таки был, чтобы его картины увидели зрители. Знаете, что сказал мне сам Тарковский, когда мы с ним встретились за границей? Он мне сказал: „Станислав, я только теперь понял, что здесь я бы не снял ни одной своей картины, мне бы просто не дали их снять“. … Посмотрите, что в результате: в Грузии кино не снимают, в Армении кино не снимают, в Молдавии кино не снимают, в Киргизии кино не снимают…»

Станислав Ростоцкий ушёл из жизни поздним вечером 10 августа 2001 г. Он был за рулём собственного автомобиля на дороге из Высоцка, где жил последние полтора десятилетия. Он ехал почётным гостем на IX кинофестиваль «Окно в Европу». Недалеко от Выборга Ростоцкий почувствовал резкую боль в груди (обширный инфаркт) и остановил машину.

Почти через год в горах на съёмках погиб единственный сын Ростоцкого, 45-летний Андрей, быстро ставший популярным актёром и режиссёром, обладавший схожим с отцом позитивным обликом и посылом, а также «ростоцкой» безпечностью, даже безрассудством.

Актриса Нина Меньшикова, прожившая в браке с С. Ростоцким полвека и снявшаяся в фильме мужа единственный раз («Доживём до понедельника»), скончалась в 2007 г. от инсульта. Все трое покоятся рядом на Ваганьковском кладбище (участок № 12А).

В средней школе Высоцка, которая теперь носит имя С. Ростоцкого, открыт посвящённый мастеру музей, опекаемый вдовой Андрея Марианной — киноведом, преподавателем ВГИКа.

Сегодня, когда видишь на телеэкране возвышенное, светлое, обрамлённое сединой лицо Станислава Ростоцкого в записи тридцатилетней давности — где-нибудь на вечере в телестудии Останкино, размышляющего вслух пред живыми и пытливыми очами последних поколений советских интеллигентов, уже понимаешь, что его деятельность была поручением и посланием.

Согласимся с американским режиссёром Р. Мамуляном, однажды сказавшим Ростоцкому: «Сташек, спасибо тебе за то, что ты прошептал мне на ухо такой нежный фильм».

2013

Пётр Тодоровский: «Про Великую Отечественную ещё не всё сказано»

О чём бы ни говорил в кино Тодоровский-старший, он всегда вёл речь о Великой Отечественной войне. Начиная с роли старшего лейтенанта Яковенко в фильме Марлена Хуциева «Был месяц май», продолжая его режиссёрскими авторскими фильмами «Верность», «Военно-полевой роман» и «Анкор, ещё анкор!», ставшими всенародными.

Когда в 2005 г. отмечалось 80-летие режиссёра, один известный кинокритик писал: