Когда женщины правили Пятой авеню. Гламур и власть на заре американской моды

Выходец из семьи румынских иммигрантов, Феркауф говорил на «бруклинском диалекте», то есть на языке, обильно пересыпанном словечками на идише. Это звучало примерно так: «Сай, шо у автомата с напитками такой жуткий шмуц (“грязь”)? Я же просил, шоб такого не было. Умоляю, помой уже его». Или: «Ирвин, и почему ты-таки думаешь, никто не берет эту рубашку? Она похожа на шмате (“тряпку”)». Своих верных помощников – с прозвищами типа Дуди или Шмульци – Феркауф набрал из числа школьных дружков и армейских приятелей, и всю эту чисто мужскую компанию он называл «Пацаны»[436]

. (На самом деле в руководстве «И-Джей Корвет» одна женщина все же присутствовала, ее звали Ив Нельсон, она вела направление косметики.) В 1968 году 47-летний Феркауф после 20 лет у штурвала компании отошел от дел. Из-за жесткой федеральной налоговой политики во время стагфляции 1970-х сеть понесла серьезные убытки и в 1980-м обанкротилась. Универмаг на Геральд-сквер позднее переоборудовали в торгово-развлекательный комплекс.

Основатель «Уолмарта» Сэм Уолтон открыл свой первый магазин – в отличие от «И-Джей Корвет» – отнюдь не в Нью-Йорке, а в городке Роджерс, Арканзас, причем еще до этого события он познакомился с Феркауфом. Позднее все знали Уолтона как миллиардера с простыми манерами, «рубаху-парня» в неизменном пикапе «форд» с псом Ол-Роем на задних сиденьях и с лежавшей подле владельца охотничьей винтовкой. Этот неброско одетый мужчина был, между тем, в 80-е годы самым богатым человеком Америки. В 90-е «Уолмарт» считалась крупнейшей в стране розничной компанией, а в 2002-м вышла на первое место в американском частном секторе по числу сотрудников[437]

. При всей своей успешности компания заработала дурную репутацию своей кадровой политикой, которая сильно ограничивала возможности сотрудниц в построении карьеры, – практически все ключевые посты в ней занимали мужчины. Согласно одной из внутренних директив, например, любого повышенного до менеджерской должности сотрудника обязательно переводили в новый магазин, который мог находиться в сотнях миль от старого, и необходимость переезда делала подобное повышение неприемлемым для семейных женщин с детьми и мужем, у которого – свои рабочие обстоятельства. Если говорить о примерах сексизма в общении с сотрудниками, можно вспомнить баннер на одном из мероприятий для стажеров в 1975 году: «Рады приветствовать ассистентов менеджеров и их жен!»[438]

. Кульминацией судебных разбирательств, связанных с гендерной дискриминацией в этой сети, стало дело «Уолмарт против Дьюкс», которое компания, правда, выиграла. В 2011 году Верховный суд США постановил, что полтора миллиона работниц сети не могут выступать в роли искового коллектива, поскольку у них для этого недостаточно общих признаков[439]

.

* * *

Размножение филиалов известных розничных брендов и дискаунтеров в 50-е годы стало началом постепенного увядания традиционных универмагов. Дороти пришла в «Лорд энд Тейлор» в 20-е годы, на пике его расцвета, и при ее непосредственном участии универмаг смог успешно пережить годы Депрессии и Второй мировой войны. Под стать возглавляемой ею компании, она всегда была лидером, генератором идей, первопроходцем, неутомимо прокладывавшим новые пути. Но в 50-е здоровье Дороти стало слабеть. В декабре 1958 года на благотворительном обеде в клубе «21» ей сделалось плохо. По сообщениям прессы, она упала в обморок от «нервного истощения». Но не исключено, что это был микроинсульт, и Дороти взяла отпуск для восстановления сил[440]. Проблемы со здоровьем на этом не закончились. В июне 1959 года ей пришлось уйти на продленные летние каникулы, которые она провела вместе с Элси в их загородном доме в Таннерсвиле, штат Нью-Йорк. Но дней через десять после возвращения Дороти настиг еще один инсульт. Элси незамедлительно доставила сестру в больницу, где 28 июня она умерла, не дожив одного месяца до своего 66-летия.