Кокаиновые короли

И дело было даже не в том, что ему не хватало доказательств или полномочий. После избрания Барко наркоторговцы продолжили политику убийств – способ решения проблем, наиболее эффективный для них и внушающий ужас всем. Как и всегда, они ставили целью еще больше запугать полицию и вынудить Верховный суд и другие законные органы аннулировать договор об экстрадиции.

31 августа в утренней пробке убийцы на мотоциклах расправились с одним из сотрудников авиакомпании «Авианка» Луисом Франсиско Брисеньо Мурильо. 1 сентября тем же способом избавились от начальника службы безопасности «Авианка» Карлоса Артуро Луны Рохаса, через несколько дней после того, как они изъяли двести килограммов кокаина, спрятанных в шинах самолета.

16 июля Луис Роберто Камачо, корреспондент «Эль Эспектадор» в Летисии, был убит после затяжной борьбы с Эваристо Поррасом и другими наркоторговцами за контроль над местной торговой палатой. 18 июля Рубен Дарио Лондоньо Васкес, Хуан Перес, который возглавил нападение на Родриго Лару Бонилью в 1984 году, был убит в Медельине, когда выходил из своего автомобиля. Две недели спустя погиб судья Бакеро. По этой причине еще через неделю Парехо Гонсалеса, преемника Лары Бонильи, тайно вывезли из Колумбии под охраной и отправили в Будапешт в качестве посла в Венгрии. Два года назад Бетанкур пытался переправить Лару Бонилью в Прагу, но картель действовал слишком быстро. Парехо Гонсалесу повезло больше.

30 августа убийцы на мотоциклах в городе Барранкабермеха в Рио-Магдалена расстреляли кандидата в конгрессмены от коммунистической партии Леона Посаду Педрасу, через три часа он скончался от потери крови. 1 сентября на похороны Посады направился сенатор от «Патриотического союза» и был застрелен группой убийц во время посадки на самолет. «Патриотический союз» обвинил в случившемся землевладельцев Магдалены и военизированные отряды партизан. К началу 1987 года они стали винить Гонсало Родригеса Гачу и его боевиков в Гуавьяре. Количество трупов перевалило за три сотни членов «Патриотического союза».

Охватившее страну беззаконие с особой жестокостью отозвалось в Кали, который накрыла волна самосуда. За август и первые три недели сентября тридцать три человека погибли от рук банд убийц, причем двадцать один из них – всего за пять часов в ночь с 4 на 5 сентября. По большей части жертвами расправ стали проститутки, сутенеры, пьяницы, гомосексуалисты, карманники и другие мелкие мошенники. Среди жертв также оказался Рауль Эчаваррия Баррьентос, главный редактор газеты Кали «Эль Оксиденте», убежденный сторонник экстрадиции и смертной казни для наркоторговцев. Двое вооруженных людей подстерегли его возле дома, когда он возвращался с работы, и застрелили. По словам полиции, они были убиты «неизвестными карательными отрядами».

13 июля 1986 года Хорхе Очоа вернулся из Испании домой после почти двухлетней юридической волокиты, шести судебных решений, окончательного вердикта специальной коллегии и череды ходатайств и апелляций. Все было настолько запутано, что, казалось, в этом разбирались только его адвокаты. Очоа выглядел бледным и нездоровым, грузным, но уже не толстым. Он приземлился в аэропорту Эльдорадо в Боготе и был доставлен в штаб-квартиру АДБ для снятия отпечатков пальцев и фотографирования. Его отец плакал от радости: «Я очень рад, что мой сын вернулся. Я считаю, что справедливость восторжествовала и невиновный не пострадал».

Национальная судебная коллегия Испании в предпоследнем, пятом по счету, заключении заявила, что решение основывается на том факте, что петиции Колумбии имели больший вес, чем США. Америка направила запрос первой, но он был единственным, в то время как Колумбия подготовила два документа. Обвинения обеих стран были одинаково серьезны. Решающим фактором, как заявил суд, стала национальность обвиняемого: «С точки зрения основных прав очевидно, что в Колумбии дело будет рассматриваться в родной стране, где он знает язык, а среда, обычаи и наполеоновская правовая система предоставят больше возможностей для полноценной судебной защиты».

Предполагалось, что Очоа сначала отправят в Картахену, где он предстанет перед судом за «фальсификацию торговых документов» – иными словами, за контрабанду 128 испанских быков в Колумбию в 1981 году. После этого его должны были переслать в Медельин, на суд по обвинению в торговле наркотиками по операции в Никарагуа. И только потом, возможно, решится вопрос о его экстрадиции в США.

Однако из-за передачи дела в медельинские суды возникала двойная угроза. Становилось ясно, что он вряд ли когда-либо будет экстрадирован, ведь никого не судят дважды за одни и те же преступления. Хильберто Родригес Орехуэла, которого отправили в Колумбию за пару недель до Очоа, ожидал именно такой развязки, поэтому спокойно сидел в тюрьме Кали в ожидании суда. Родригес Орехуэла являлся одним из главных наркобоссов уже почти пятнадцать лет. Он был проницательным человеком и финансовым гением картеля. Не зря его называли Шахматистом.