Кокаиновые короли

Через шесть недель, 26 апреля, несколько полицейских подразделений по борьбе с наркотиками в составе двух отдельных экспедиций совершили рейд на шесть объектов в «льянос» провинциях Мета и Касанаре. Они пробыли там пять дней, обыскали сотни квадратных километров джунглей и опросили десятки людей. Местные подтвердили, что именно Ледер владел территорией и бывал там время от времени, но уже давно не показывался. Все было как всегда: нетрудно накрыть лаборатории, конфисковать имущество и даже кокаин, но, черт возьми, почти невозможно поймать кого-то из главарей.

И все же Ледера прилично потрепали и на этот раз. В поместье «Ла Гаитана» на реке Манакасиас в Мете полиция обнаружила несколько патронташей, портативных раций и 3,55 центнера кокаина в пластиковых бочках, зарытых во дворе. А в красивом доме с белой штукатуркой и жестяной крышей они нашли 1 678 680 долларов наличными в картонных коробках. В поместье имелись взлетно-посадочная полоса, два самолета, пара автомобилей «тойота», бассейн и достаточно места, чтобы разместить пятьдесят человек.

А примерно в тридцати километрах от этого места, в грубо сколоченном деревянном доме, полиция обнаружила немецкий паспорт Ледера и кучу других документов, множество игрушек и детских фотографий. Полиция арестовала десять человек, в том числе Лилиану Гарсиа Осорио и Веронику Ледер. Лили предстала перед судом по обвинению в связи со скрывающимся преступником. Ей предстояло провести два года в Вильявисенсио – в женской тюрьме Буэн-Пастор в пригороде Боготы.

После апрельских налетов Ледер перебрался в леса на восточной окраине Меты, в другую «финку» под названием «Ла Абудансия». Информаторы Рамиреса сообщили, что там он постоянно находился под коксом, качался в тренажерном зале и катался на горном велосипеде. Ледер нисколько не сомневался в том, кто именно постоянно отравлял ему жизнь, – в мае он написал открытое письмо министру обороны, в котором обвинял Рамиреса во всех смертных грехах. Он жаловался на то, как обращаются с Лили и другими заключенными в Вильявисенсио, проклинал США, «которые терзают Латинскую Америку голодом и нищетой во имя надуманной свободы».

Люди Рамиреса накрыли «Ла Абудансию» 5 августа 1985-го. Вертолеты сбились с пути, поэтому прибыли с опозданием и разминулись с Ледером лишь на несколько минут. Две его подружки рассказали, что видели, как он только что выбежал из дома босиком, в красных трусах и с автоматом и направился в сторону реки Рио-Ува.

Полиция оставалась в этом районе одиннадцать дней. Они нашли всего шестьдесят килограммов кокаина, однако этот дом был битком набит полезными документами, фотографиями и другими уликами. Ледер соорудил сарай для ремонта мотоциклов и нанял двух механиков. Дом был некрашеный, с жестяной крышей, но очень просторный и удобный. Там стоял телевизор, хотя смотреть было нечего, пара пишущих машинок, блендер и дорогая стереосистема. На стеллаже предлагалась эклектичная подборка книг: «Возвращение Евы Перон» Видиадхара Найпола (на испанском), «Дзен и искусство обслуживания мотоциклов» (на английском), «Тайпан» Джеймса Клавелла (на английском), «Грамматика немецкого языка», «В национальных интересах» Марвина Калба и Теда Коппела (на испанском). Во дворе красовалось то самое кожаное кресло, в котором Ледер давал интервью испанскому телевидению.

Также полиция обнаружила пачку писем – свидетельство длительной переписки с Пабло Сала, адвокатом по наркоделам из Боготы. Неудивительно, что главным образом Ледера интересовало, как выбраться из джунглей и начать жить не скрываясь.

Ответы Сала, адресованные «дорогому Чарли», были елейно учтивыми и покровительственными. Иногда язык менялся, как будто их писал профессор средних лет. Некоторые советы были весьма здравыми. 27 июля он писал Ледеру, чтобы тот держал рот на замке: «Все проблемы начались, когда ты полез в политику. Постарайся притвориться мертвым, призраком… чтобы никакого шума, чтобы гринго и колумбийцы забыли о тебе… Для тебя главное – не умереть богатым. Главное – это жить и быть богатым, как и прежде».

Ледер явно подумывал об эмиграции в Германию, поэтому в более позднем письме Сала разъяснял ему, как идиоту, разницу между Восточной и Западной Германией: «В Берлин нельзя, он находится в центре ГДР[64], там коммунисты, самолетами “Пан АМ” нельзя лететь в Берлин, и вообще – нельзя никуда, где есть американские военные базы или базы НАТО».

Уроки геополитики прошли мимо Карлоса, поэтому время от времени у Ледера случались приступы донкихотства – он по-прежнему мечтал о том, как вернется в политику. Он решил заручиться помощью Советского Союза и подготовил черновик письма руководству СССР, которое он собирался передать в посольство. Начиналось оно с обращения к «Дорогим товарищам», далее шли пространные рассуждения и заявления о том, что «восстание против тирании – основа и структура нашего сознания»: