Кокаиновые короли

К августу дела у картеля шли лучше, чем когда-либо за последние годы. Да, они потеряли Ледера, но ведь они смогли наконец избавиться от договора об экстрадиции благодаря безотказному сочетанию угроз, хитрых юридических маневров и подкупов. Казалось, что вскоре картель станет чем-то вроде «Коза Ностра» – известным, устоявшимся и чрезвычайно могущественным синдикатом, но при этом не будет особенно светиться и вступать в конфронтацию.

В начале августа АДБ объявил о том, что раскрыл убийство Гильермо Кано и накрыл банду убийц из Медельина – «Лос Прискос», которые исполнили заказ. АДБ описал их как военизированное подразделение Медельинского картеля. В «Лос Прискос» состояло почти пятьдесят постоянных и временных головорезов. Банду возглавляли два известных медельинских бандита, братья Давид Рикардо и Хосе Роберто Приско Лопера. В анонимном письме на имя Барко Давида Рикардо неизвестные назвали наемным убийцей номер один в Медельине.

Более десятка важных преступлений по заказу картеля, по мнению АДБ, были связаны с «Лос Прискос». Однако только по двум из них были убедительные доказательства – по убийствам Кано и судьи Эрнандо Бакеро Борды, и именно по этим делам расследования были самыми основательными и впечатляющими. Оперативники вышли на след банды через лидера группы киллеров Кано – Луиса Эдуардо Осорио Гисадо, известного как «Ла Гуакуа» («Ондатра»). Самого Ла Гуакуа и его помощника застрелили во время медельинской вендетты. АДБ установил наблюдение за главарями и проследил за убийцами из «Лос Прискос», когда они прибыли в Боготу в начале августа, чтобы «заколоть козла», то есть совершить убийство, на медельинском жаргоне. Они заметили хвост только через два дня, и поздно ночью на тихих жилых улицах северной Боготы началась перестрелка. Агенты АДБ ликвидировали четырех членов банды, включая Хосе Роберто Приско.

Описание характера «Лос Прискос» было немного приукрашенным, но это был первый публичный подробный разбор того, как картель выполняет грязную работу. Будь то «Лос Прискос» или «Лос Кеситос», как в случае с убийством Лары Бонильи, «Лос Магнификос» или любая другая из ста с лишним банд колумбийского преступного мира – методы были одни и те же. Все, что возникло во времена Грисельды Бланко, долгие годы преподавали в глухих переулках «академии убийц» в северных кварталах Медельина. Фирменный стиль медельинцев: пистолет-пулемет МАК-10, мотоциклы, четкое разделение обязанностей между организаторами и исполнителями, конспиративная квартира и многочисленные посредники. Все это полиция еще могла отследить, но пробраться к высшим звеньям этой цепи не получалось никогда.

И все же расследование АДБ причинило картелю значительный ущерб. 12 ноября министр юстиции Лоу Муртра нанес еще один удар, обвинив Гонсало Родригеса Гачу в том, что он, действуя через банду головорезов типа «Лос Прискос», заказал убийство лидера «Патриотического союза» Хайме Пардо Леаля в октябре. Гибель всеми любимого сорокашестилетнего адвоката-марксиста и кандидата в президенты в 1986-м вызвала двадцатичетырехчасовую всеобщую забастовку, два дня уличных беспорядков и всеобщие призывы к Барко принять меры против карательных отрядов правых.

Лоу Муртра сказал, что Пардо Леаль, как и многие другие, пострадал во время войны за контроль над территориями между Родригесом Гачей и партизанами ФАРК в Гуавьяре. В правоте его слов сомнений не было. К концу 1987 года Медельинский картель окончательно разрушил репутацию ФАРК – некогда гордые колумбийские прокоммунистические повстанцы превратились в обыкновенных бандитов, работающих на кокаиновых баронов.

32. Гражданин Хорхе Луис Очоа

Днем 21 ноября, примерно в 4:30, сотрудник дорожного патруля приказал водителю белого «порше» 1987 года выпуска остановиться. Дело было в субботу, когда шоссе заполнено потоком машин, следующих из Кали и обратно. «Порше», как и другие, тоже куда-то направлялся – в Перейру или Антьокию, а водитель должен был остановиться на севере Пальмиры, чтобы оплатить проезд по трассе. Пропускной пункт Эль-Серрито был удобным местом для полиции, чтобы наблюдать за водителями. Позже пойдут разговоры о том, что за «порше» следили специально, и полицейские отлично знали, кто будет за рулем, и пасли машину не первый день.

По версии полиции, это была стандартная проверка по выходным для обнаружения партизан, перевозящих оружие. Объяснение звучало смехотворно – ну кто из них станет заниматься подобным на новеньком «порше», который на тот момент в Колумбии стоил 260 000 долларов.