Комментарии к материалистическому пониманию истории

Тотальное господство государства. Политарный способ присвоения и распоряжения. Правящий класс – «государевы люди» – распадается на две группы. Первая – бюрократия, которая выступает как коллективный субъект, олицетворяющий государство. Она организована в рамках системы «местничества», которая фактически есть архаическая форма «номенклатуры». Её власти подвластно всё. Она не считается ни с законом, ни с частной собственностью, ни с приватностью частной жизни, ни с исконными правами и вольностями, ни с обычаем, ни с иностранным подданством. Всё это может быть отброшено под предлогом соблюдения «государственных интересов». Вторая группа – дворянство – помещенные на землю люди, которые с одной стороны выступают как «служилые люди», а с другой стороны, как агенты государства по поддержанию порядка, контролю за «тяглом», возложенным на крестьян, и общему надзору за крестьянской общиной. Выдача и отъем поместья жестко увязаны с исполнением этих функций. Любопытно, что время от времени, тяжесть этих обязанностей становится столь невыносимой, что историки сообщают о массовом бегстве помещиков от своих поместий и присоединении к мятежникам.

Подчиненные классы. Здесь также разумно выделить две группы. Первая – общинное крестьянство. Московское государство преобразовало древний институт крестьянской общины и превратило его в форму организации «тяглового сословия». Община выступает гарантом исполнения крестьянами обязанностей финансового и трудового характера, как в отношении служилых людей, так и в отношении государства. Фактически, крестьянство помещено на землю и схвачено оковами общины, с тем, чтобы оно не могло уклониться от чудовищного тягла, наложенного на него государством. Вторая группа – горожане. Также «посажены» государством либо в слободы, либо в посады. Здесь также отсутствует свобода перемещения, с тем, чтобы посадские не смогли уклониться от финансового и трудового тягла. Более того, большинство городов Московского царства изначально были государственными поселениями военного либо колонизационного типа.

Сюда же следует отнести и купечество. Историки отмечают, что купечество распадалось на два неравных слоя: первый – мелкие купцы. Их положение было полностью бесправным. Второй слой, очень тонкий слой – крупные купцы. Вся их деятельность полностью контролировалась и обуславливалась государством. В их ведение попадали промыслы, которые государство сочло недостаточно выгодными для государственной монополии. Но если эти промыслы становились выгодными, то они тотчас забирались в государственную монополию. Характерны многочисленные жалобы этих купцов на то, что государство наделяет иностранных купцов большими привилегиями. Но как отмечают иностранные исследователи, это обуславливалось тем, что русские крупные купцы поднаторели в сокрытии от государства своего богатства, которое, в результате, было трудно изъять, в то время как иностранный купец мог поставить редкие товары и дать изрядный кредит. Кроме того, для политарного государства сколь-нибудь богатое и независимое торговое сословие представляло опасность.

Крупные купцы, организованные в сотни, оказываются агентами государства, обслуживающими его потребности. Да и населением они воспринимаются, как часть государственного аппарата управления.

Принцип «помещения» проводился даже по отношению к иностранцам. Во-первых, захват земель сопровождался переселением масс иностранных подданных в различные регионы русского государства. Во-вторых, те иностранцы, которые въезжали в Россию для службы, после тщательной проверки на границе приписывались к определенному месту службы и помещались на землю, получая либо поместье, либо место в специально отведенной слободе. Их выезд из России был практически невозможен. Одна мысль об этом квалифицировалась, как государственная измена: высмотрел все государевы секреты и хочет бежать.

В качестве других черт «поместного политаризма», впрочем, свойственных политаризму вообще, можно указать следующее:

Слабо выраженная, неразвитая частная сфера, и, как следствие, почти полное отсутствие структур гражданского общества. Монолитность общественной структуры, отсутствие какой-либо социальной оппозиции либо альтернативы. Тенденция к автаркии, закрытости, с неизбежной её противоположностью: чем более закрыта система, тем менее она склонна к каким либо новациям, что с необходимостью требует заимствований, прежде всего технологического и предметного толка извне, но под строжайшим контролем государства. Патернализм – общественная структура поддерживается не силой закона и права, а силой бюрократического порядка и «клановых» связей. Традиционность и консерватизм.