Константинополь. Последняя осада. 1453

Направляясь обратно в Эдирне, Мехмед обнаружил — пересечь пролив и попасть в Галлиполи, как он намеревался, невозможно: корабли итальянцев перекрыли Дарданеллы. Тогда он двинулся вверх по Босфору к османской крепости Анадолухисар — «Анатолийский замок», — построенной его великим дедом Баязидом в 1395-м во времена осады Города. Здесь расстояние, отделяющее Азию от Европы, сокращается до всего-навсего семисот ярдов, давая наилучшую возможность пересечь стремительные, коварные воды. (Это было известно персидскому царю Дарию, который две тысячи лет назад, следуя к месту битвы, перевел здесь по мосту из лодок семьсот тысяч человек.) Покуда маленький флот Мехмеда курсировал взад-вперед, поспешно перевозя людей на территорию Европы, султан размышлял по поводу Босфора и, по-видимому, в его изобретательном уме родилось несколько идей. Проливы представляли собой уязвимый для османов участок: невозможно править двумя континентами, не подвергаясь опасности, если не удастся держать под контролем место переправы между ними. Вместе с тем, найдя способ господствовать на Босфоре, Мехмед смог бы перекрыть подвоз зерна и не дать греческим колониям на Черном море оказывать помощь Городу, а также лишил бы его дохода от таможенных сборов. Итак, ему пришло в голову построить вторую крепость на «европейской» стороне — на землях, принадлежащих Византии, — дабы взять под контроль проливы, что позволит «перекрыть путь судам неверных». Вероятно, именно тогда он также осознал острую надобность в увеличении флота, необходимого для противостояния господству христиан на море.

Вернувшись в Эдирне, Мехмед немедленно предпринял ответные действия в связи с ультиматумом Византии: он конфисковал доходы от налогов с городов на Струме, шедшие на содержание Орхана, и изгнал оттуда греческое население. Вероятно, Константин уже ощутил усиление давления на Город: летом 1451 года он отправил посольство в Италию. Сначала послы прибыли в Венецию с просьбой о разрешении набирать лучников в венецианской колонии на Крите, а затем отправились в Рим с посланием для папы. Но более вероятно, что Константин но-прежнему надеялся вести против нового султана уверенные наступательные действия: в посланиях, направленных в итальянские страны, нет ни одного намека на опасность.

Тем временем приближалась зима 1451 года. Мехмед находился в Эдирне, неустанно строя планы. Здесь он окружил себя группой людей с запада, в особенности итальянцами, с которыми беседовал о великих героях классической древности, Александре и Цезаре, — именно их он намеревался взять себе за образец в будущем. Памятуя о смуте среди янычар, произошедшей осенью, он проводил дальнейшие реформы армии и администрации. Он назначил в некоторые области новых правителей, повысил жалованье солдатам дворцовых полков и начал накапливать вооружение и провиант. Вероятно, он также запустил программу строительства флота. Мехмед разослал объявления по всем провинциям о наборе на службу тысяч каменщиков, рабочих и мастеров по обжигу на следующую весну. К тому же провели приготовления по сбору и перевозке строительных материалов — «камня, и дерева, и железа, и всего необходимого… для строительства замка в «Священных устах» выше Города» — близ руин церкви Святого Михаила.