Королев. Главный конструктор

Заседание было посвящено не морской тематике, а вопросу практической реализации проекта ракеты Р-3. Присутствовали военные заказчики, уже нацеленные на ракету с дальностью 3000 километров. Никаких сомнений в нужности такого «изделия» ни у кого не было. Один Устинов настороженно смотрел на выступавшего: дальновидный Лис (иногда его так между собой звали ракетчики) помнил намеки Королева на какое-то свое особое решение. Что-то он больно долго растекается мыслию по древу, подумал Дмитрий Федорович, не готовит ли сюрприз.

Оказалось – готовит! Да еще какой!

Когда Сергей Павлович внезапно заявил: «Нас не удовлетворяет дальность в три тысячи километров!», Устинов усмехнулся, предугадав: сейчас точно у всех присутствующих будет шок.

Василий Михайлович Рябиков, теперь заведующий отделом Совмина, отреагировал первым:

– Сергей Павлович, вас не удовлетворяют три тысячи, это хорошо, реализовав данный проект, начнете следующий. Давайте говорить по изделию Р-3 конкретно.

– Если конкретно, вывод нашего ОКБ таков: есть возможность уже сейчас начать разработку межконтинентальной баллистической ракеты, оставив Р-3 как опытный проект, не доводя его до испытаний и до серийного производства.

– Как так не доводя? – изумился Рябиков. – Военные ждут, а вы, Сергей Павлович, начинаете какую-то непонятную игру.

– Раз меня подозревают в какой-то игре, – Королев начал распаляться, но сдержался и договорил спокойно, – буду честным до конца: считаю необходимым прекращение всех работ по Р-3 и срочную разработку межконтинентальной ракеты. Нужно торопиться! Американцы сообщают о первом успешном пуске ракеты с полигона на мысе Канаверал!

Межконтинентальная – это, конечно, хорошо, подумал Устинов, но справятся ли…

– В планах ОКБ-1 изделие, способное достичь любую цель, независимо от расстояния. Надеюсь, военные поймут перспективы и меня поддержат. Скажу откровенно: в Совете главных есть противники замораживания проекта Р-3.

– А кто поддерживает? – спросил Устинов.

– Поддерживает, в частности, Глушко.

– Все это как-то несерьезно, – подал голос Малышев, в мае 1953 года он стал начальником Управления опытно-конструкторских работ, в июне того же года назначен министром среднего машиностроении: так шифровалась атомная промышленность, – затрачены огромные средства, получается, деньги на ветер? Нельзя вот так взять и прекратить!

– Лучше бы довести до ума Р-3 и поставить на вооружение, – сказал Неделин.

– Митрофан Иванович, – Королев повернулся к Неделину, – если мы сейчас будем доводить Р-3 до серии, получится гораздо больший расход. Лишние деньги уйдут на заводы. Поверьте мне как ракетчику, Р-3 не нужна! Это всего лишь вариант. Как раз, если прямо сейчас начать разработку межконтинентальной, мы экономим деньги. И время тоже!

– Не ожидал, что стали вы внезапно сильны задним умом, Сергей Павлович! – вспылил Рябиков и посмотрел на Устинова. – Что скажете, Дмитрий Федорович?

– По авиации знаю: иногда проект одного самолета утверждали, а конструкторы в то же время разрабатывали другой, с лучшими качествами. И второй проект шел в серию.

– Вы что же, товарищ Устинов, выступаете на стороне товарища Королева?! – поразился Малышев.

…Ждал я помощи от Неделина, подъезжая к дому в Подлипках, думал Королев, эх, слишком мягкий человек Митрофан Иванович… Он, конечно, на моей стороне. Пожалуй, это с его стороны тактический ход… Сейчас он намеренно не пошел против Малышева, не стал подвергать испытаниям его авторитет, чтобы потом как-то уломать его и нам помочь… А Устинов-то молодец! Чувствовал, он перспективы видит, но не ожидал от него сразу прямой поддержки.

* * *

То ли Неделин действительно помог, подключив Устинова, то ли Малышев внезапно сам принял решение по межконтинентальной ракете, вскоре после шокового отчета Королева по проекту Р-3 Вячеслав Александрович приехал в НИИ-88, очень подробно расспросил Сергея Павловича о проекте, быстро просмотрел чертежи и в конце беседы подвел итог:

– Делайте! Деньги выделим! Только с одним условием: масса полезного груза головной части должна быть увеличена до 5,5 тонн.

– А расстояние?

– До 10 тысяч!

Различив сомнение в глазах Королева, Малышев уточнил:

– Это в идеале. Не получится – примем вами заданную дальность полета в 8000 километров.

Вскоре вышел приказ министра оборонной промышленности о разработке Р-7. Создание межконтинентальной баллистической ракеты в нем было названо задачей государственной важности.

Расчеты по ракете сделал М.В. Келдыш, схему разработали инженеры ОКБ-1 П.И. Ермолаев и Е.Ф. Рязанов. Проектировали в отделе, руководимом С.С. Крюковым. Вместе с Я.П. Коляко он компоновал «семерку» по пакетному принципу, предложенному задолго до этого Тихонравовым. Королев называл составляющие пакета – блоками.

Все остальное возлагалось на ведущего конструктора Р-7 Дмитрия Ильича Козлова.