Королевство Русь. Древняя Русь глазами западных историков

Дж. Шепард пишет, что Ольга ездила в Константинополь отчасти для того, чтобы подтвердить или улучшить условия договора 944 г. Она была представлена ко двору вместе с другими «княгинями, которые приходились ей родственницами, и своими придворными дамами», а также с «послами князей Росии и купцами»¹⁶¹. В ходе визита была крещена и взяла имя Елена в честь жены императора. Однако обратно на Русь Ольга-Елена вернулась без епископа, а осенью 959 г. просила императора Оттона I Саксонского прислать полноценную религиозную миссию. В конце концов был послан епископ Адальберт, однако вскоре он возвратился, назвав свою поездку напрасной. Оценить эти события, как полагает Дж. Шепард, трудно. Точная дата поездки Ольги не известна: традиционно называют 946 г., но и альтернативная точка зрения – 957 г. – также имеет свои преимущества, не в последнюю очередь из-за увязки сообщений русских и византийских источников. Ясно, однако, что поездка Ольги происходит на фоне экономического процветания и налаженной организации. Стабильность княжеской власти можно доказать тем, что она пережила все неурядицы 940-х гг., хотя в какой-то степени это стало возможным благодаря личным качествам Ольги. Концентрация богатства и оружия на Среднем Днепре также подтверждается находками в камерных захоронениях (chamber graves) под Киевом и Шестовицей. Погребенные в них снаряжались оружием и конской упряжью, а иногда лошадьми и рабынями для загробной жизни. А их участие в торговых операциях подтверждается наличием в захоронениях весов и гирь¹⁶².

Д.Д. Оболенский также не указывал точную дату поездки Ольги в Константинополь. Он писал, что она состоялась «между 946 и 960 гг…»¹⁶³, при этом ей были оказаны высокие почести, которые означали, что она сама и представляемая ей страна заняли высокое место в иерархии христианских народов, над которыми возвышался император Византии. Однако в 959 г. Ольга, по неизвестным причинам, отправила посольство к императору Оттону I с просьбой прислать на Русь епископа. Д.Д. Оболенский предлагает две возможные причины такого поворота: во-первых, ухудшившиеся отношения с императором из-за того, что Ольга не прислала наемников, рабов и воск, или, во-вторых, попытка создать собственную, независимую от Константинополя церковь по примеру болгарского царя Бориса. Как бы то ни было, историк отмечает, что Ольга была первым правителем Руси, который осознал, что только христианство позволит Руси занять место среди цивилизованных народов Европы¹⁶⁴. Но в X в. христианство олицетворяли две империи – Византия и Германия, и выбор для Руси стоял так: кому из них она в конечном счете присягнет на верность?¹⁶⁵ Ответ на этот вопрос был дан лишь при Владимире.

О значении поездки Ольги в Византию пишет и К. Раффенспергер, причем он отмечает не только ее религиозно-идеологическое, но и экономическое значение. Он пишет, что княгиню сопровождали различные спутники, включая сорок купцов, которые получили подарки от императора. Эти купцы представляли «правителей Руси», то есть, очевидно, различных князей русских городов, и были членами свиты Ольги. Когда она вернулась в Киев, византийский император попросил ее обеспечить приток товаров (рабы, воск, меха и воины), которые были необходимы Византии¹⁶⁶. Что же до крещения Ольги, К. Раффешпергер полагает, что это в какой-то степени исторический миф. Он указывает на наличие в ее свите священника Григория, и это говорит о том, что даже если она сама еще и не была христианкой, то активно интересовалась единой верой. Если разобраться в тексте летописи, то становится ясно, что этот священник не был послан императором сопровождать ее, как некоторые утверждают: Григорий не принимал участия в большинстве церемоний в честь Ольги, подвергаясь скрытому или явному остракизму, что позволяет предположить, что он был прислан из Рима или Германии. Присутствие невизантийского священника в свите Ольги могло быть скрытым намеком императору Византии, что она осознает, что имеет возможность выбора, и эту возможность изучает. На Руси есть свидетельства влияния невизантийского христианства, например церковь Святого Ильи в Киеве, а другим примером такого влияния может быть германское обозначение церкви, которое прижилось в старо-славянском¹⁶⁷. Другой факт, который показывает, что Ольга понимала возможность выбора между вариантами христианства, заключается в том, что сразу после возвращения в Киев она дистанцировалась от Византии, сначала отказавшись предоставить императору запрошенные им товары, а затем связавшись в 959 г. с германским императором Оттоном I по поводу присылки на Русь германского епископа¹⁶⁸. И хотя эта попытка наладить церковные связи с германским миром окончилась неудачно, очевидно из-за противодействия язычников, возглавляемых Святославом, важен сам факт попытки найти альтернативу византийскому христианству¹⁶⁹.