Королевство Русь. Древняя Русь глазами западных историков

Пожалуй, наиболее обстоятельно эпоху правления Владимира описывает Дж. Шепард, поэтому есть смысл изложить его точку зрения целиком. По его мнению, положение нового князя на первых порах не было особо прочным. Он пишет: «Владимиру не хватало связей с местными элитами и населением Среднего Поднепровья. Он был княжеским отпрыском, но его мать была ключницей-рабыней Святослава. Владимир провел свою молодость вдали от Киева и не имел постоянной дружины, после того как он отправил своих варягов в Византию. Он отослал их после того, как отказался платить им за службу драгоценностями, а затем еще и нарушил свое обещание заплатить шкурами куниц. Этот эпизод показывает, как дорого обходилось содержание военных отрядов, а также политическую сметку Владимира. Он не хотел ссориться с богатыми людьми Киева, облагая их чересчур высокими налогами. Как и в Новгороде, в Киеве было необходимо заручиться поддержкой населения для стабильности режима, поскольку по крайней мере один сторонник его убитого сводного брата бежал к печенегам и часто участвовал в их набегах»¹⁸⁷. Нехватка материальных ресурсов, как полагает исследователь, частично объясняет логику действий Владимира в первые годы его правления. Он должен был заново заставить данников платить и увеличить их количество, чтобы наполнить рынки Киева и получить ресурсы для награждения своих сторонников. С этой целью он совершил походы на запад, а также воевал с вятичами, чтобы вновь заставить их платить дань. Помимо возвращения центров торговли, военные действия помогали Владимиру заручиться поддержкой военных отрядов, которые укрепляли его власть. Для этого, однако, нужны были победы, и, чтобы вызвать их, был введен государственный культ во главе с Перуном, который также обращался к гетерогенному населению Среднего Поднепровья. Это первое свидетельство попытки князя организовать государственный культ и связать свое правление с различными богами, как чисто местными, так и широко известными (Перун). Таким образом Владимир хотел укрепить свою легитимность и расположить к себе удачу, чтобы побеждать и дальше. Но при этом, судя по гробам и содержимому нескольких могил главного могильника Киева, христиане мирно уживались с язычниками, и хоронили их рядом друг с другом. Постоянные связи с Балтикой и Византией приводили к тому, что многие русы принимали христианство, которое было хорошо известно обитателям городской сети, но это не обязывало князя следовать их примеру¹⁸⁸.

Однако вскоре серия побед прервалась – Владимир потерпел поражение от волжских булгар. По совету своего дяди князь решил урегулировать конфликт. Добрыня, предположительно, указал на то, что булгары носят сапоги: «Давай лучше поищем противников в лаптях». Это утверждение, что Владимир должен собирать дань с более примитивных племен, имело унизительный подтекст, ограничивая ресурсы, которые князь мог бы поставить под контроль. Это также означало, что Перун и другие боги не справились со своей задачей, и начался поиск того, кто мог бы гарантировать постоянные победы. Возможно, не случайно, что вслед за эпизодом с булгарами ПВЛ рассказывает о прибытии булгарской миссии к Владимиру с целью обратить его в ислам в середине 980-х гг.¹⁸⁹

Эти события послужили введением к длинному рассказу о выборе веры Владимиром. Большая часть этого рассказа стилизована под доктринальные интерпретации. Но правители Руси со времен Ольги постоянно искали альтернативный сакральный источник власти. Культ всемогущего бога был привлекателен для могущественного, но при этом не обладающего достаточной легитимностью князя, каким был Владимир. При этом выбор веры не был очевидным, как могло показаться позднее: Владимир мог принять и германскую миссию, следуя примеру своей бабки. Есть также свидетельства, что Владимир посылал в Хорезм за проповедником, который мог бы научить религиозному закону ислама. Этот ход «короля» Руси хорошо известен и описан персидским автором конца XI в., да и ПВЛ сообщает, что посольства были отправлены к мусульманам, немцам и византийцам¹⁹⁰.

Далее Дж. Шепард отмечает, что необычное стечение обстоятельств привело к принятию Владимиром религиозной миссии, брачному союзу и договору со старшим императором Византии Василием II. Основная последовательность событий довольно известна: Василий заключил сделку с Владимиром, пообещав выдать за него свою сестру в обмен на военную помощь для подавления восстания. Через пару лет восстание было подавлено, и Анна Порфирородная поселилась в Киеве вместе с мужем, который крестился под именем Василий, в честь шурина. Этот рассказ передает суть событий: интересы Василия совпали с интересами Владимира¹⁹¹.