Красота и ужас. Правдивая история итальянского Возрождения

Впрочем, решения собора ушли в тень последующих событий, хотя он и заложил основу для реформ, которые сформировали последующую реакцию на возникновение протестантизма. Решения Пятого Латеранского собора стали основой решений Тридентского собора, который состоялся тридцатью годами позже. На Латеранском соборе было решено провести реформу университетского образования, а также повысить требования к качеству священников, которые должны были быть «зрелыми, просвещенными и серьезными»[360]. (Некоторые остроумцы тут же припомнили назначение Джованни Медичи, который стал старшим кардиналом в весьма юном возрасте.) Кроме того, были внесены изменения в функционирование религиозных институтов, епископам вменили в обязанность посещать и инспектировать монастыри и церкви монашеских орденов, следить за деятельностью отсутствующих аббатов и проверять сомнительные заявления о чудесах[361]. Собор осудил роскошный образ жизни курии: кардиналам было предписано воздерживаться от чрезмерной «демонстрации роскоши» и стать «зерцалами умеренности и бережливости»[362]. Основные решения Латеранского собора были направлены на централизацию власти в церковной иерархии. Трудно не заметить, что подобные решения позволяли лучше контролировать подобных Савонароле. Некоторые из предложенных реформ были значительными и заметными. Например, требование компетентности проповедников в равной степени волновало и католиков, и протестантов. Развитие книгопечатания серьезно тревожило Церковь. Особую тревогу вызывали книги, где имелись «ошибки, противные вере, а также вредоносные взгляды, идущие вразрез с христианской религией и порочащие репутацию достойных мужей Церкви»[363]. Собор выражал надежду на крестовый поход – «священный и необходимый поход против беснования неверных, жаждущих христианской крови»[364]. Как бы то ни было, Латеранский собор и его реформы показали, что, несмотря на явные мирские интересы пап эпохи Ренессанса, они были серьезно заняты религиозными реформами и стремились к улучшениям Церкви. Поэтому не следует думать, что более поздние и более известные реформы Тридентского собора были всего лишь реакцией на протестантизм. Сегодняшние историки отмечают явную преемственность в процессе католических реформ.

Юлий II не дожил до завершения собственного собора. Он умер 21 февраля 1513 года. Конклав по выборам его преемника открылся в марте. Базилика Святого Петра все еще перестраивалась, поэтому мессу пришлось отслужить в капелле святого Андрея. В Сикстинской капелле для кардиналов и их слуг (каждый кардинал мог взять с собой двух слуг) были устроены маленькие кельи по 2,5 метра в длину. Кельи родственников умершего папы и «дворцовых» кардиналов, которые могли жить в Ватиканском дворце, были оформлены пурпурными занавесями, у других кардиналов занавеси были зелеными. Кардиналы принесли клятву в небольшой капелле святого Николая в Ватиканском дворце. На выборах мог голосовать тридцать один кардинал (после раскола с Малым собором Юлий II отлучил четырех кардиналов от Церкви). Двадцать четыре кардинала прибыли вовремя. Опоздавшим, среди которых был и кардинал Адриано Кастеллези, епископ Херефорда, пришлось вести переговоры, чтобы их впустили на конклав. Все выходы из Сикстинской капеллы бдительно охраняла стража. Церемониймейстер строго следил за ключами, чтобы никто не мог ни войти, ни выйти. Говорили, что тайные переговоры велись через временные туалеты (довольно неприятный способ), а порой сообщения царапали на тарелках (впрочем, тарелки строго изучали, прежде чем передать за двери Сикстинской капеллы. Кардиналу Джованни де Медичи на конклаве пришлось нелегко. Он страдал от анального свища, и ему пришлось держать при себе хирурга. Несмотря на болезнь (а может, благодаря ей), которая сулила относительно короткий понтификат, на этих выборах Джованни был одним из двух главных кандидатов. Вторым кандидатом был Раффаэле Риарио, родственник умершего папы Юлия. В конце концов, несмотря на задержки, вызванные спорами из-за денег среди кардинальских слуг, и перерывом из-за солнечного затмения, конклав оказался относительно коротким. После переговоров между кандидатами 10 марта 1513 года папой Львом X стал Джованни Медичи[365].