Краткая история Италии

В результате произошедших изменений на территории Италии осталось меньше независимых государств, чем до 1792 года. Папской области и Неаполю вернули прежние границы и правителей, однако их значительно ослабляло проблематичное положение старой системы государства и законодательства. Фердинанд IV Неаполитанский (III Сицилийский) вернулся из Палермо в Неаполь и отменил более либеральную конституцию 1812 года в пользу той, что использовалась на Сицилии. Два королевства объединились, а Фердинанд стал известен как Фердинанд I, король обеих Сицилий. Великобритания получила в свое распоряжение Мальту и Ионические острова и фактически статус сильнейшей державы в Средиземноморье. Политическая ситуация в Италии зависела от австрийской армии и британского флота – влияние Франции сошло на нет.

Пьемонт (формально все еще остававшийся частью королевства Сардиния) был единственной территорией, готовой к потенциальным изменениям, и в частности к реальной возможности создания современного государства, способного обеспечить безопасность и уверенное руководство. Так, в 1762 году Джон Хинклифф, британец, написал в письме Огастесу, третьему герцогу Графтону: «Сардинская монархия напоминает снежный ком, катящийся с горы. Это единственное растущее на данный момент государство». В 1831 году, в период восстаний в Италии, Джузеппе Мадзини (1805–1872) призвал короля повести страну против Австрии и создать единую Италию.

Правление Наполеона оценивалось Италией отрицательно, во многом из-за введения воинской повинности, вызвавшей крупномасштабное сопротивление. Армия Итальянского королевства выросла в численности – с 23 000 в 1805 году до 90 000 в 1813-м. Большинство из тех, кто сражался на стороне Наполеона в Испании, России и Германии, погибли. Кроме того, консерватизм пользовался широкой народной поддержкой, чего нельзя сказать о либерализме. В дальнейшем специалисты, как из Италии, так и из других стран, закрыли на это глаза – не только в контексте конкретной страны, но и в целом. Как и в случае с Испанией, попытка Наполеона повлиять на религиозный уклад Италии была встречена крайне негативно. Французская оккупация послужила росту репутации духовенства. Во времена, последовавшие за правлением Наполеона, прослеживается значительный религиозный энтузиазм, чему в том числе поспособствовало нахождение останков святого Франциска в 1818 году.

Папство, несмотря на предоставление убежища членам семьи Бонапарт, в том числе с 1823 года будущему Наполеону III, заняло ярко выраженную консервативную позицию. Лев XII, ставший папой римским в 1823 году, ввел строгую цензуру, а в 1824 году в своей энциклике Ubi Primum осудил либерализм и связанную с ним «дехристианизацию общества». В 1829 году его наследник, Пий VIII, выпустил энциклику Traditi Humiliati, в которой призвал церковных лидеров быть бдительными перед лицом опасности в виде лживых проповедей и попыток безбожников повлиять на Церковь. В 1831 году Григорий XVI был избран в качестве кандидата дзеланти. Григорий, будучи соперником новых политических течений, с целью сохранить свою позицию был готов уступить давлению Австрии.

Ввиду широко распространенного консерватизма Австрия, в рамках поддерживаемой Россией политики антиреволюционного Святого альянса, смогла с 1821 года подавлять рост либеральных настроений в Италии. Предпринятые Австрией действия, во многом вдохновленные риторикой папства, а также просьбами других итальянских правителей, в том числе герцога Франциска IV Моденского и Марии Луизы Пармской в 1831 году, отражали стремление контролировать Италию, не в последнюю очередь из-за опасений, связанных с тем, что радикализм в отдельных итальянских княжествах может отразиться на ситуации в австрийских Ломбардии и Венеции. Эти опасения привели к дипломатическому и военному вмешательству. В 1821 году восстания гарнизонов в Алессандрии и Турине были подавлены войсками Австрии и Пьемонта. В том же году в Неаполе был разбит мятеж карбонариев (антироялистского движения) и восстановлен консервативный роялистский режим. За год до этого в Палермо произошла революция. Несмотря на все эти потрясения, к 1830 году – времени успешных революций во Франции и Бельгии – положение в Италии оставалось относительно устойчивым. Похоже, что Меттерних, канцлер Австрии, колко назвавший Италию «понятием сугубо географическим», оказался прав.