Крестный путь патриарха. Жизнь и церковное служение патриарха Московского и всея Руси Сергия (Страгородского)

Поликарп Сикорский в своих циркулярных посланиях к пастве призывал ее быть лояльной в отношении немецкой администрации[333]. В обращениях к оккупационной власти он неоднократно высказывал «для великого вождя немецкого народа Адольфа Гитлера пожелания полноты сил духовных и телесных, а также неизменного успеха для окончательной победы над врагом Востока и Запада». В мае 1942 г. Автокефальная православная церковь под руководством Поликарпа (Сикорского) была признана немецкими оккупационными властями. С их разрешения открывались церкви, монастыри, возрождалась приходская жизнь.

Церковь Сикорского сразу же установила тесную связь с националистическим движением на Украине, прежде всего с Организацией украинских националистов (ОУН). Для этой организации стали обычными террор и запугивание населения, отказывавшегося переходить из Украинской церкви в УАПЦ, оуновцы зверски мучили и убивали духовенство и епископат, не желавших сотрудничать с Автокефальной церковью.

В генеральном округе «Крым», входившем в состав рейхскомиссариата «Украина», Русская православная церковь подвергалась насильственной румынизации. То же самое происходило и в губернаторстве «Транснистрия». В рамках заранее разработанных планов на территорию губернаторства были направлены миссионеры, которые совершали объезды населенных пунктов, открывали церкви, служили торжественные молебны о даровании победы румынскому воинству и союзникам над «врагом всего человечества – большевизмом». В храмах уничтожались надписи на иконах на русском и славянском языках, изымались из обихода церковно-славянские книги. В церковный календарь вводился новый стиль. Богослужения в обязательном порядке проводились на румынском языке, даже в селах с доминирующим украинским и русским населением. По решению Синода Румынской церкви и при его финансовой поддержке в Одессе, столице Транснистрии, была создана Румынская православная миссия, главной задачей которой являлось налаживание религиозной жизни, а точнее – перевод ее на «румынские рельсы». Безусловно, был и общественно-политический подтекст ее деятельности – формирование в верующих массах благожелательного отношения к румынской администрации, включенность в общую антисоветскую националистическую пропаганду.