Читаем Крестовые походы. Взгляд с Востока полностью

Пока Четвертый крестовый поход сконцентрировался на Константинополе (1203), у ислама было пятнадцать лет передышки, которая позволила аль-Малику аль-Адилю объединить владения его брата Саладина со своими – во главе которых встал он сам – и создать одну империю Айюбидов от Египта до Месопотамии. Новый Крестовый поход нацелился на Египет – сердце мусульманского сопротивления в то время, когда надвигавшаяся с востока монгольская угроза проявилась во всю величину. Инб аль-Атир, как и прежде, показавший широкий кругозор и отличное понимание происходящих процессов, поднимается над уровнем местного хрониста, чтобы рассмотреть судьбу ислама в целом под натиском двойной угрозы. Он дает драматичное описание монгольского вторжения и Пятого крестового похода, как один убедительный рассказ о четырехлетней египетской кампании 1217–1221 годов. Дополняет повествование ибн аль-Атира рассказ ибн Васила, айюбидского историка, до последнего времени почти недоступного в оригинале, и потому малоизученного.

Пятый крестовый поход

Франки собираются в Сирии, двигаются на Египет и берут Дамиетту, вновь обретенную мусульманами.


Ибн аль-Атир

От начала до конца этот эпизод длился четыре года без одного месяца. Мы будем говорить о 614/1217 годе, потому что именно в это время появились франки. Мы изложим все события как единый рассказ, потому что разные стадии сменяли друг друга без перерыва. В этом году франкское подкрепление прибыло из-за моря, из Рима и других стран, к северу и западу от нас. Их направил повелитель Рима (папа), который занимал очень высокое положение во франкском обществе, так что они не осмеливались ослушаться его или свернуть с пути, им указанного. Он послал армии из своих государств под командованием группы командиров и велел другим франкским королям или выступить лично, или послать армию. Они подчинились его приказу и собрались в Акре, на побережье Сирии.

Франки осаждают и берут Дамиетту

Ибн аль-Атир

Когда франки вернулись после осады Ат-Тура (мусульманский форт около Акры), они стояли лагерем в Акре до начала 615 года, а потом отправились морем к Дамиетте, куда прибыли в месяце сафар / мае 1218 года и бросили якоря в Аль-Джизе. Нил был между ними и Дамиеттой, и один из его рукавов тек в море мимо города. В это время египтянами была построена высокая и хорошо укрепленная башня с массивными железными цепями, протянутыми через реку к стене Дамиетты, чтобы помешать кораблям, прибывающим с моря, пройти по Нилу в Египет. Франки высадились в Аль-Джизе, при этом Нил находился между ними и Дамиеттой. Они построили стену на своей стороне и вырыли ров, чтобы защитить себя от нападений. После этого они начали осаду Дамиетты. Они построили осадные машины и подвижные башни, которые они перемещали на кораблях, чтобы напасть и захватить башню, в которой было много защитников. Аль-Малик аль-Камиль, сын аль-Малика аль-Адиля, правитель Дамиетты и всего Египта, разбил лагерь в месте, которое называлось Адилийя, недалеко от Дамиетты, и постоянно слал войска к Дамиетте, чтобы не позволить врагу высадиться на его территории. Франки, несмотря на постоянные нападения на башню, успеха не добились – наоборот, их собственные осадные машины были разрушены. Несмотря на это, они продолжали упорствовать. Прошло четырнадцать месяцев, прежде чем они наконец достигли своей цели и разорвали цепи, так что их корабли смогли войти в Нил, и они оказались на египетской земле. Тогда аль-Малик аль-Камиль велел построить большой мост, чтобы они не могли пройти дальше по Нилу. Им пришлось выдержать великую битву, прежде чем они смогли преодолеть это препятствие. Тогда он взял большое число торговых судов и затопил их в Ниле, чтобы корабли франков не могли пройти. Франки отошли к каналу, называемому аль-Арзак, по которому Нил тек в прежние времена. Они очистили его и углубили выше по течению, чем затопленные корабли, повернули реку в этот канал и направили туда свои корабли до места, названного Бура, расположенного тоже в Аль-Джизе, напротив лагеря аль-Малик аль-Камиля. Они хотели напасть на него там, поскольку у них не было другого способа добраться до него и атаковать – ведь Дамиетта была между ним и франками. Когда франки достигли Буры, они оказались прямо напротив него и начали атаковать его через реку. Их повторяющиеся нападения, однако, не имели успеха и не изменили положение в Дамиетте, которая постоянно получала подкрепления и снабжение, к тому же между ней и франками был Нил. Город оставался в безопасности, не понес ущерба, его ворота были открыты, и никаких особенных трудностей из-за осады он не испытывал.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

Конец веры. Религия, террор и будущее разума
Конец веры. Религия, террор и будущее разума

Отважная и безжалостная попытка снести стены, ограждающие современных верующих от критики. Блестящий анализ борьбы разума и религии от автора, чье имя находится в центре мировых дискуссий наряду с Ричардом Докинзом и Кристофером Хитченсом.Эта знаменитая книга — блестящий анализ борьбы разума и религии в современном мире. Автор демонстрирует, сколь часто в истории мы отвергали доводы разума в пользу религиозной веры — даже если эта вера порождала лишь зло и бедствия. Предостерегая против вмешательства организованной религии в мировую политику, Харрис, опираясь на доводы нейропсихологии, философии и восточной мистики, призывает создать по-истине современные основания для светской, гуманистической этики и духовности. «Конец веры» — отважная и безжалостная попытка снести стены, ограждающие верующих от критики.

Сэм Харрис

Критика / Религиоведение / Религия / Эзотерика / Документальное
Смерть, ритуал и вера. Риторика погребальных обрядов
Смерть, ритуал и вера. Риторика погребальных обрядов

Ритуалы и тексты, с помощью которых люди разных культур пытаются примириться с идеей смерти, интересовала еще классиков социальных наук — Э. Тайлора, Э. Дюркгейма, Б. Малиновского. К на стоящему моменту дисциплинарные границы death studies стали намного шире, а сама эта область гуманитарных исследований претендует на статус одной из самых популярных и активно развивающихся. Книга антрополога и теолога Дугласа Дэвиса представляет собой обзорный труд, способный послужить прекрасным введением в эту научную традицию. Дэвис опирается на концепцию «слова против смерти», которая рассматривает похоронную обрядность как ответ человека на самый пугающий аспект собственной природы, попытку адаптации к нему и даже его преодоления. С этой позиции ученый рассматривает большой круг вопросов, который включает в себя человеческие реакции на утрату близких и теории горя, околосмертные переживания и символическую смерть, историю кремации и отношение к ней в разных культурах, смерть домашних животных и смерть в Интернете, новые виды экологических захоронений и крионику.Дуглас Дэвис — профессор религиоведения и директор Центра исследований смерти и жизни Даремского университета, Великобритания.

Дуглас Дэвис

Религиоведение