Читаем Крестовые походы. Взгляд с Востока полностью

В конце концов султан сдался и согласился с советниками. Расстояние между двумя армиями было небольшим – не более дня пути, и над авангардом уже собирались облака пыли. Если бы мы двинулись вперед, то сумели бы их вытеснить, посеять в их рядах панику. Но воля Всевышнего одержала верх, и запрос о мире английского короля был удовлетворен. Я помог составить проект договора и написал текст, определив границы и обозначив основные условия. Это был вторник, 21-й день месяца шабан 588 / 1 сентября 1192 года. Перемирие продлилось три года и восемь месяцев. Они верили, что передышка совпала с их прибытием морем и возможностью постоянного получения подкрепления – люди приезжали и оседали там. И они обусловили общее перемирие на суше и море, равнинах и горах, в пустынях и городах. Франки получили землю от Яффы до Кесарии и от Акры до Тира. Франки, даже когда покинули землю, которую прежде держали прочно, выглядели счастливыми и довольными и включили Триполи и Антиохию в положения также как ближние и дальние провинции.

Глава 7

Доблестный маркиз Монферрат не увидел этого мира. Не получил он и королевскую корону, к которой стремился. В мусульманских текстах есть расхождения относительно того, кто именно послал к нему убийц, сделавших свое черное дело в Тире в апреле 1192 года. Баха ад-Дин и Имад ад-Дин называют Ричарда Английского (в переговоры которого Конрад, как мы видели, вклинился со своим планом, повторив личное обращение к Саладину графа Триполи перед Хаттином). А ибн аль-Атир предполагает, что Конрада и Ричарда попытался убить Саладин. Последнее представляется крайне маловероятным (как убедительно пишет Имад ад-Дин, Конрад умер в крайне неудачное для мусульман время), но эпизод получил странное отражение, в манере, бросающей тень на Сала-дина, в более позднем рассказе, искаженном легендой, об убийстве франкского короля в Акре, предписанном правоверным Старцем Горы, чтобы порадовать его друга султана. Странный текст, который следует далее, взят из исмаилитского источника – анекдотичной и назидательной биографии современного главы ордена ассасинов Рашид ад-Дин Синана. На самом деле, ассасины не единожды пытались убить Саладина, чья строгая ортодоксальность никак не совмещалась с их еретическими верованиями.

Убийство Конрада Монферрата

Имад ад-Дин

Во вторник, 13-й день второго месяца раби 588 / 28 апреля 1192 года Маркиз вкусил свою последнюю трапезу. Настал его последний день. Та, что уничтожает все надежды, была у дверей. Он был обречен на ад, где ангел Малик ждал его, и Тартар был готов к его появлению. Самый глубокий круг ада полыхал огнем в ожидании. Момент был уже близок. Скоро бездна примет его, и адское пламя будет жечь его, и ангелы правосудия уже готовили клоаку, где будут судить его. Ад уже открыл семь ворот, чтобы его поглотить. А пока он беззаботно возлежал на своей кушетке и поглощал пищу. Он ел и не ведал, что впереди его ждет бездна. Он поел, попил, насытился, натешился и вышел, чтобы покататься на коне. Неожиданно два человека напали на него, словно два облезлых волка, и их кинжалы пронзили Маркиза. Потом один из них бежал и зашел в церковь. Маркиз, стоя на пороге смерти, но пока в нем еще теплилась искра жизни, попросил: «Отнесите меня в церковь». Люди выполнили его просьбу, думая, что там он будет в безопасности. Но когда убийца, вошедший в церковь, увидел его, он напал на него и стал наносить удары, пока не убил. Франки схватили убийц и выяснили, что они были двумя членами секты исмаилитов (то есть ассасинами, которых ортодоксальные мусульмане считают вне веры). Их спросили, кто поручил им совершить это убийство, и они ответили, что это был король Англии. Они также сказали, что шесть месяцев были христианами, вели чистую жизнь аскетов, часто посещали церкви и отличались благочестием. Один был на службе у ибн Барзана, другой – у правителя Сидона, так что оба находились вблизи Маркиза и пользовались его доверием. Оба понесли суровое наказание. Удивительный пример двух неверных, проливших кровь неверного, двух преступников, убивших преступника.

Когда Маркиз был мертв и отправился прямо в ад, король Англии принял власть над Тиром и вручил ее графу Генриху (Генриху Шампанскому), договорившись с ним обо всем. Генрих женился на супруге Маркиза той же ночью (он стал правителем Тира и женился на Изабелле), заявив, что имеет первоочередное право на жену убитого. Она носила ребенка, но это не помешало ему соединиться с ней, что было намного отвратительнее, чем простое совокупление. Я спросил одного из придворных, кто будет считаться отцом, и они ответил: «Это будет ребенок королевы». Вы сами видите, насколько развратны эти грязные неверные!

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

Конец веры. Религия, террор и будущее разума
Конец веры. Религия, террор и будущее разума

Отважная и безжалостная попытка снести стены, ограждающие современных верующих от критики. Блестящий анализ борьбы разума и религии от автора, чье имя находится в центре мировых дискуссий наряду с Ричардом Докинзом и Кристофером Хитченсом.Эта знаменитая книга — блестящий анализ борьбы разума и религии в современном мире. Автор демонстрирует, сколь часто в истории мы отвергали доводы разума в пользу религиозной веры — даже если эта вера порождала лишь зло и бедствия. Предостерегая против вмешательства организованной религии в мировую политику, Харрис, опираясь на доводы нейропсихологии, философии и восточной мистики, призывает создать по-истине современные основания для светской, гуманистической этики и духовности. «Конец веры» — отважная и безжалостная попытка снести стены, ограждающие верующих от критики.

Сэм Харрис

Критика / Религиоведение / Религия / Эзотерика / Документальное
Смерть, ритуал и вера. Риторика погребальных обрядов
Смерть, ритуал и вера. Риторика погребальных обрядов

Ритуалы и тексты, с помощью которых люди разных культур пытаются примириться с идеей смерти, интересовала еще классиков социальных наук — Э. Тайлора, Э. Дюркгейма, Б. Малиновского. К на стоящему моменту дисциплинарные границы death studies стали намного шире, а сама эта область гуманитарных исследований претендует на статус одной из самых популярных и активно развивающихся. Книга антрополога и теолога Дугласа Дэвиса представляет собой обзорный труд, способный послужить прекрасным введением в эту научную традицию. Дэвис опирается на концепцию «слова против смерти», которая рассматривает похоронную обрядность как ответ человека на самый пугающий аспект собственной природы, попытку адаптации к нему и даже его преодоления. С этой позиции ученый рассматривает большой круг вопросов, который включает в себя человеческие реакции на утрату близких и теории горя, околосмертные переживания и символическую смерть, историю кремации и отношение к ней в разных культурах, смерть домашних животных и смерть в Интернете, новые виды экологических захоронений и крионику.Дуглас Дэвис — профессор религиоведения и директор Центра исследований смерти и жизни Даремского университета, Великобритания.

Дуглас Дэвис

Религиоведение