Кто? «Генсек вождя» Александр Поскребышев

Жданов сидел сейчас в напряженном мучительном неведении. А Поскребышев, зная судьбу подготовленного документа, развеять это неведение был никак не вправе, хотя и сочувствовал человеку. Такое бывало не раз. Он и хотел бы, но все же не мог предупредить даже своего самого близкого товарища о сути будущего разговора с вождем. Хозяин очень любил повторять фразу Салтыкова-Щедрина: «В болтливости скрывается ложь, а ложь, как известно, есть мать всех пороков».

Ну, вот совсем недавно вызвал Сталин к себе Ивана Дмитриевича Папанина, которого всегда ценил и уважал, и прямо сходу спросил, почему тому не нравится его дача. А любитель всего изящного Папанин, как доложили некие завистники Хозяину, завел себе там барскую жизнь – устроил аллеи, пруд, запустил двух лебедей… Опешивший покоритель Арктики сказал, что, мол, вовсе нет, дача ему очень нравится. И услышал вопрос-ответ: «Так чего ж ты тогда ее подарил детскому дому? Там у Поскребышева и соответствующий документ имеется, только подписи не хватает». Дачу ему вскоре другую выделили. Не хуже. Но лебедей Иван Дмитриевич уже не заводил.

Зато потом другой их общий приятель Бакулев, получив Сталинскую премию, на всякий случай посоветовался с тезкой Поскребышевым, может ли на эти деньги построить себе новый дачный дом. И ему вместо денег по репарации прислали складной щитовой дом из Германии. Бакулев был в восторге – каждый щит, каждая дверь имели свой номер, а у дверей даже были готовые ручки, абсолютно все, вплоть до люстры, было. И возвели домик всего за три недели.

А.А. Жданов и И.В. Сталин со своими детьми Василием, Светланой и Яковом. 1935–1936.

[РГАСПИ. Ф. 558. Оп.11. Д. 1673. Л. 1]

Конечно, Александр Николаевич стремился помочь и помогал симпатичным ему людям. Но никогда не обнадеживал напрасно, делал это аккуратно и тихо, ни в коем случае не блефуя. В отличие от того же Власика, который нередко, отвечая на просьбу о приеме того или иного лица Сталиным, исчезал за дверью, ведущей в небольшой коридорчик перед кабинетом Хозяина, некоторое время выжидал там, а потом сообщал смиренному просителю, что сегодня его видеть не хотят. Так же бесцеремонно Николай Сидорович вмешивался в списки выступающих на тех концертах, где ожидалось присутствие вождя.

Хотя знаток он был еще тот. Поскребышев, пожалуй, всего раз видел на этом мужественном лице абсолютно неподдельный восторг от искусства. Это было на одном из новогодних товарищеских застолий в квартире Власика на Гоголевском бульваре. На горячее вдруг подали голову кабана. Все гости опешили. А вот тот же Александр Николаевич Бакулев без всяких сомнений взял нож и вилку, с удивительной ловкостью манипулируя ими, быстро и точно обеспечил всех горячими аппетитными кусками. «Гениальные руки!» – воскликнул изумленный Николай Сидорович и с тех пор очень заметно зауважал Бакулева.

Тем не менее мимо этих двух людей попасть к Самому было невозможно. Только Власик постоянно изыскивал любой способ подтвердить свою значимость, а Поскребышеву в этом необходимости не было. Трудно сосчитать, сколько раз на дню он бывал в кабинете Хозяина. И на стол Хозяина, и обратно все шло только через него. Телефонограммы по ВЧ тоже только через Александра Николаевича. «Передал Поскребышев» означало верх секретности и доверия. На доклад он всегда ходил с тоненькой папочкой, в которой лежало всего несколько бумаг, но именно тех бумаг, которые в тот момент и были нужны Сталину.

За многие годы Александр Николаевич научился быстро, даже не вчитываясь, скользить глазами по тексту. Искомое и важное не пропустишь. Опытный мозг, настроенный на определенную волну, как миноискатель, вовремя сам даст сигнал.

Текст ждановской программы был не так уж и велик. Так-так… Построение коммунизма… Положения о принципе выборности руководителей всех рангов, ограничении сроков их пребывания во власти и альтернативности кандидатов при выборах… Замена государства диктатуры пролетариата общенародным… К концу 70-х годов обеспечить большинство городского населения отдельными квартирами и бесплатными коммунальными услугами… перейти к массовому производству легковых автомобилей для населения по доступным ценам… Отважно, но очень соблазнительно! Это Сталину не могло не понравиться. Тогда что же?