Кто играет Путина. Акт четвертый – последний?

Поворотной для истории Четвертой мировой войны оказалась ежегодная конференция по вопросам безопасности в вашингтонском Aspen Institute 19–22 июля 2017 года. В ней приняли участие в личном качестве практически все руководители американских силовых структур как прежней, так и нынешней администраций. В их выступлениях впервые за три с половиной года гибридных военных действий Кремля совершенно четко прозвучали два принципиальных момента: ясное понимание целей ведущейся Путиным и Герасимовым войны и твердая решимость нанести им поражение. Это был, если хотите, коллективный ремейк исторической речи Уинстона Черчилля.

Через несколько дней обе палаты республиканского (!) Конгресса беспрецедентно подавляющим большинством приняли закон о санкциях против оси зла: РФ, Иран, КНДР. Во-первых, президент США лишается инициативы в политике США на российском направлении. Во-вторых, помимо значительного усиления секторальных экономических санкций специальный раздел закона (о персональных санкциях) наносит удар в самую сердцевину путинского режима. И сделано это в лучших традициях асимметричной войны. Чтобы лучше оценить масштаб этого удара, напомню вкратце некоторые базовые сведения о путинизме как форме деградации российского государства.

* * *

Путинизм — высшая и заключительная стадия бандитского капитализма в России. Путинизм — это война, «консолидация» нации на почве ненависти к какой-то этнической группе, это наступление на свободу слова, информационное зомбирование, изоляция от внешнего мира и экономическая деградация.

Приведенная выше дефиниция путинизма, предложенная мною в январе 2000 года, видимо, впервые ввела этот термин в политический дискурс. Все, что произошло за прошедшие с тех пор 17 с лишним лет, только подтвердило ее справедливость. Это давно уже не скрывают апологеты и пропагандисты режима. В 2012 году один из наиболее известных из них, Евгений Минченко, опубликовал доклад «Большое правительство Владимира Путина и Политбюро 2.0», основанный, по его словам, на результатах опроса более 60 экспертов, представителей политической и бизнес-элиты страны. С тех пор Минченко ежегодно обновляет и дополняет свой доклад.

Эта работа — документ политического, психологического и исторического масштаба, совершенно не осознаваемого его автором. Кстати, он давно служит рабочим пособием для финансовой разведки США. Доклад по жанру — скорее не предназначавшиеся для чужого глаза рабочие заметки и инсайдерские схемы consiglieri мафиозного клана, находящегося на вершине могущества и уверенного в своем историческом бессмертии.

Прежде всего деловито определяются стратегические задачи на ближайшее десятилетие:

1. Дальнейшая конвертация власти в собственность (через новый этап приватизации, использование бюджетных средств и преференций со стороны властных структур для развития прибыльных бизнесов, создания новых «рент»);

2. Обеспечение передачи обретенной в 1990-2000-х годах собственности по наследству, создание потомственной аристократии;

3. Обеспечение легитимации приобретенной собственности на Западе.

Как явствует из названия и содержания доклада Минченко, в нем идет речь о правительстве, о руководителях страны — постоянного члена Совета Безопасности ООН. Триада жизненных установок российской правящей верхушки — украсть, передать по наследству, легитимизировать на Западе — разумеется, не открытие Минченко. Впечатляет другое. Доклад этот и его свежие модификации вот уже сколько лет широко обсуждаются российским политическим классом. Автор дает бесконечные интервью. Заинтересованно выясняются мельчайшие подробности структуры расширенного Политбюро и его ЦК, персональная конфигурация различных кланов, сферы их сотрудничества и соперничества. Но никто не ставит под вопрос и даже не касается сути триады: перечня «стратегических задач» высшего руководства страны, поскольку этот перечень воспринимается как рутинная данность. Да, так было в лихие 90-е годы, так было в тучные нулевые, так, разумеется, будет и в династические десятые.

Узкая группа богатейших чиновников-бизнесменов, которым в течение последних десятилетий принадлежит реальная политическая и экономическая власть в России, несмотря на крайне плачевные для страны результаты своей деятельности, все еще убеждена в своем священном праве и в своей исторической миссии оставаться и впредь несменяемой и неизбираемой кастой. Cложившаяся в России модель хозяйствования абсолютно неэффективна и ведет к омертвлению всех социальных тканей и необратимой деградации общества. Захватившие государство чиновники освобождены от ответственности частного собственника. Их «компании» никогда не разорятся и не обанкротятся, как бы высок ни был уровень личного потребления их владельцев и бенефициаров, и как бы низок ни был уровень эффективности их управления. Номенклатурная пуповина, связывавшая в конце 1980-х — начале 1990-х новорожденный российский капитализм с властью, не только осталась неперерезанной, но и превратилась в огромную ненасытную кишку.

* * *