Читаем Кто мы и как сюда попали. Древняя ДНК и новая наука о человеческом прошлом полностью

А если посмотреть на данные ДНК еще внимательнее, то идея о множественных волнах вселения находит подтверждение. У северных индийцев между короткими фрагментами ANI бывают вставлены сравнительно длинные, это отвечает относительно недавнему смешению с людьми, не имеющими примеси ASI30.

Обратим внимание: все закономерности, которые мы выявили, согласуются с гипотезой, что все популяционные смешения в Индии, связанные с ANI и ASI, происходили в течение последних 4 тысяч лет, а значит, популяционная структура до 4 тысяч лет назад была совсем другой, чем сейчас. Тогда существовали ясно очерченные популяции, а потом все они решительно перемешались, не оставив в стороне ни одну группу.

Итак, в интервале 4–3 тысячи лет назад – как раз когда цивилизация долины Инда пришла в упадок и была написана “Ригведа” – происходило смешение прежде разделенных популяций. И в сегодняшней Индии люди из разных языковых групп и из разных социальных слоев имеют различную долю наследия ANI. Это наследие, как выясняется, представляет по большей части мужской вклад, а не женский. И это как раз то, что должно было получиться, если 4 тысячи лет назад носители индоевропейских языков взяли верх в политическом и социальном смысле над сословно стратифицированным местным населением, и в итоге облеченные властью мужчины находили себе наложниц среди бесправных групп.

Древность каст

Как же получилось, что генетические следы столь далеких событий не затерлись со временем и остались различимыми после многотысячелетней истории?

Одна из главных отличительных черт индийской социальной структуры – это касты. Система каст диктует людям, на ком они могут жениться (или за кого выйти замуж), какие у них права и роль в обществе. Репрессивную природу каст подчеркивают различные религии – джайнизм, буддизм, сикхизм; каждая из них призывает отказаться от кастовой системы. Ислам в Индии прижился столь успешно в том числе и из-за обещанного спасения: низкоранговые касты массово обращались к новой религии заправил из империи Великих Моголов. Провозглашение демократической Индии в 1947 году привело к отмене кастовой системы, но она продолжает работать, когда дело касается социального общения или женитьбы.

Социологическое определение касты позволяет ее членам взаимодействовать с другими кастами, выполняющими предписанные экономические роли, на деловом уровне, но запрещает межкастовые браки, размежевывая членов касты со всеми прочими. Евреи Северо-Восточной Европы (чьим потомком являюсь я сам) до “еврейской эмансипации”, начавшейся в конце XVIII века, в любом месте, даже в бескастовых в целом обществах, составляли свою касту. И тогда, и сейчас религиозные евреи отграничивают себя от остального общества соблюдением особой диеты (правила кашрута), ношением особой одежды, манипуляциями с телом (обрезание у мужчин), а также строгостями в отношении браков с иноверцами.

Касты в Индии имеют двухуровневую организацию, так называемые варны и джати31. Варны делят все общество как минимум по четырем группам: самый верхний ранг занимают священнослужители (брамины) и воины (кшатрии); средний ранг имеют купцы, фермеры и крестьяне (вайшья), а на низшей ступени стоят разнорабочие (шудра). Кроме них есть шандалы, или далиты (“зарегистрированные касты”), это люди вне каст или неприкасаемые, они считались настолько низкими, что изгонялись из любого общества. И наконец, индийское законодательство учитывает “зарегистрированные племена” – так называют группы, не исповедующие ни индуизм, ни мусульманство или христианство. Кастовая система является важной частью индийского общества, она подробно описана в священных текстах (“Ведах”), составленных после “Ригведы”.

Система джати, которую за пределами Индии мало кто понимает как следует, включает как минимум 4600 (а по некоторым сведениям, 40 тысяч) эндогамных групп32. Каждая джати приписана к определенному рангу варны, однако строгие и сложные правила не допускают браков с людьми других джати, даже из одной и той же варны. Из истории известно, что иногда джати всей группой, целиком, переходила из одного ранга варны в другой. Например, джати гуджар (по ним назван штат на северо-западе Индии – Гуджарат) в зависимости от локализации в стране имеет разные ранги. Это означает, что в разных регионах гуджары с успехом поднимали уровень своей джати в иерархии варна33.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука

Похожие книги

12 недель в году
12 недель в году

Многие из нас четко знают, чего хотят. Это отражается в наших планах – как личных, так и планах компаний. Проблема чаще всего заключается не в планировании, а в исполнении запланированного. Для уменьшения разрыва между тем, что мы хотели бы делать, и тем, что мы делаем, авторы предлагают свою концепцию «года, состоящего из 12 недель».Люди и компании мыслят в рамках календарного года. Новый год – важная психологическая отметка, от которой мы привыкли отталкиваться, ставя себе новые цели. Но 12 месяцев – не самый эффективный горизонт планирования: нам кажется, что впереди много времени, и в результате мы откладываем действия на потом. Сохранить мотивацию и действовать решительнее можно, мысля в рамках 12-недельного цикла планирования. Эта система проверена спортсменами мирового уровня и многими компаниями. Она поможет тем, кто хочет быть эффективным во всем, что делает.На русском языке публикуется впервые.

Майкл Леннингтон , Брайан Моран

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература