Читаем Кто мы и как сюда попали. Древняя ДНК и новая наука о человеческом прошлом полностью

Эти результаты раскрывают замечательные параллели в древней истории двух сходных по площади субконтинентов Евразии – Европы и Индии. 9 тысяч лет назад в оба региона приходили мигранты с Ближнего Востока, ключевой земледельческой области: в Европу из Анатолии, а в Индию из Ирана. 9–4 тысячи лет назад они принесли совершенно новый тип хозяйствования и, вступая в браки с местными охотниками-собирателями, уже обжившими эти места, сформировали новую, смешанную, общность. Затем и тот и другой субконтинент принял еще одну волну мигрантов из степи. Это были пастухи-ямники, говорившие на индоевропейских языках. Новые вселенцы стали смешиваться с оседлыми земледельцами, через чьи территории шла миграция: так в Европе сформировалась популяция культуры шнуровой керамики, а в Индии – популяция носителей ANI. Обе популяции со смешанным наследием степняков и фермеров вступали в браки с населением на местах, и, таким образом, на обоих субконтинентах получились свои градиенты генетического наследия, которые выявляются у сегодняшних жителей этих регионов.

Как показывают генетические данные, степную часть наследия и в Европу, и в Индию привнесли ямники, и они же, вероятнее всего, распространили там индоевропейские языки. Что интересно, проведенные Паттерсоном исследования истории индийских популяций дали этому дополнительное подтверждение. Его модель “индийского клина” в своей основе построена на идее простого смешения двух предковых популяций ANI и ASI. Но когда он начал проверять каждую группу по отдельности, насколько она укладывается в его модель, то выявилось шесть групп, у которых соотношение степняки / иранские фермеры было сильно сдвинуто в сторону степняков против ожидаемого модельного. И все эти шесть групп входили в варну браминов, выполняющих в обществе роль священнослужителей и хранителей традиционных древних текстов на санскрите (санскрит относится к индоевропейским языкам). А при этом на долю браминов приходилось лишь 10 % всей изученной Паттерсоном выборки. Напрашивается вывод, что сами носители ANI, которые смешивались с ASI, не были гомогенной массой, а, напротив, представляли набор социально разграниченных общностей со своим характерным наследственным соотношением степняков и иранских фермеров. Хранители языковых и культурных индоевропейских традиций имели повышенную долю степного наследия и в силу строгостей кастовой системы сохраняли из поколения в поколение и свою социальную роль, и своеобразие своего генетического наследия. Таким образом, даже спустя тысячелетия древняя структурированность ANI просматривается в сегодняшних браминах. Мы также видим здесь еще одно подтверждение степной гипотезы: не только языки, но и индоевропейские культурные традиции, духовными хранителями которых на протяжении тысячелетий были брамины, распространялись народом степного происхождения.

По сравнению с Европой картина перемещений индийских народов менее четкая, потому что нет данных по древней ДНК из Южной Азии. Остается великой загадкой, кто были те люди из долины Инда, населявшие эти места и часть Северной Индии 45–38 веков назад и оказавшиеся на перекрестье всех древних переселений. Пока у нас нет генетических данных по представителям этой цивилизации, но над задачей работает немало специалистов, включая и нашу лабораторию. На одном из лабораторных совещаний в 2015 году наши аналитики заключили пари о генетических корнях цивилизации долины Инда, и спорщики придерживались весьма различных взглядов. Обсуждались три главных возможности. Согласно первой, те люди представляли собой чистых потомков иранских фермеров и говорили на раннем дравидийском языке. Вторая возможность, что они были ASI, то есть уже смешанной группой иранских фермеров и южноазиатских охотников-собирателей; смешанная группа, скорее всего, тоже использовала дравидийские языки. А третья возможность – это ANI: тот народ уже имел и степное генетическое наследие, и наследие иранских фермеров, и разговаривали они на индоевропейском языке. Следствия из этих гипотез будут очень разными, но, как бы то ни было, древняя ДНК поможет разгадать великие тайны истории Индии – и эту, и многие другие.

Глава 7

В поисках индейских[12]предков

Истории о происхождении

Рассказывая историю своего происхождения, люди племени суруи в Амазонии говорят, что есть бог Палоп и он сначала сотворил себе брата по имени Палоп Лерегу, а уж после него и людей. Бог Палоп дал индейским племенам гамаки и орнаменты и велел делать татуировки на теле, пирсинг на губах, а белым людям ничего такого не дал. Палоп изобрел языки – для каждого племени свой – и расселил племена по земле1.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука

Похожие книги

12 недель в году
12 недель в году

Многие из нас четко знают, чего хотят. Это отражается в наших планах – как личных, так и планах компаний. Проблема чаще всего заключается не в планировании, а в исполнении запланированного. Для уменьшения разрыва между тем, что мы хотели бы делать, и тем, что мы делаем, авторы предлагают свою концепцию «года, состоящего из 12 недель».Люди и компании мыслят в рамках календарного года. Новый год – важная психологическая отметка, от которой мы привыкли отталкиваться, ставя себе новые цели. Но 12 месяцев – не самый эффективный горизонт планирования: нам кажется, что впереди много времени, и в результате мы откладываем действия на потом. Сохранить мотивацию и действовать решительнее можно, мысля в рамках 12-недельного цикла планирования. Эта система проверена спортсменами мирового уровня и многими компаниями. Она поможет тем, кто хочет быть эффективным во всем, что делает.На русском языке публикуется впервые.

Майкл Леннингтон , Брайан Моран

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература