Лазарь Каганович. Узник страха

Каганович собрал коллегию НКПС и провозгласил борьбу с крушениями. В недрах наркомата был составлен проект постановления ЦК и СНК. Прочитав документ, Сталин сказал:

– Мы последние годы выносили много постановлений ЦК и Совнаркома по железнодорожному транспорту, больше, чем по любой другой отрасли. Видимо, это было необходимо, но теперь положение изменилось. Сейчас нужно приостановить или сдержать эту инерцию. Нужно, чтобы все мероприятия, а их будет сейчас много, товарищ Каганович как новый нарком путей сообщения разрабатывал и принимал смело, не оглядываясь на нас. В наших уже принятых постановлениях есть большой запас невыполненных директив, которыми товарищ Каганович будет руководствоваться. Пусть проводит необходимые мероприятия приказами народного комиссара путей сообщения. Важнейшие из этих приказов он будет докладывать нам. Мы их одобрим или, если найдем неподходящими, он учтет наши замечания.

Борьбу с крушениями на транспорте Каганович превратил в политическую кампанию – такую же, как борьба с вредительством или борьба с саботажем. В разработку «мероприятий по борьбе» были вовлечены сотни железнодорожников, начиная с машинистов, кондукторов, вагонных мастеров, стрелочников и кончая начальниками депо, станций и дорог.

19 марта нарком подписал приказ «О борьбе с крушениями и авариями». Приказ начинался словами: «Число крушений и аварий на железных дорогах все еще велико и за последнее время продолжает расти. За один 1934 год было 62 тысячи аварий и крушений. Рост числа крушений и аварий продолжается и в 1935 году: в январе их было 7000, в феврале – свыше 5000 крушений и аварий». Далее приводились цифры поврежденного товарного состава, убытков, факты невыполнения приказов и т. д.

Огонь критики был направлен на командный состав. «Ответственность, – говорилось в приказе, – за такую позорную работу ложится в первую очередь на непосредственных командиров транспорта – начальников дорог, начальников политотделов, начальников эксплуатационных отделений, депо, дистанций пути, связи».

Вместе с тем в приказе осуждалась практика, когда самой действенной мерой считалась передача дела в суд:

«Прокуроры обвиняют, суды судят, а число крушений растет». Действительно, в ряде депо чуть ли не половина машинистов имели взыскания и судимость. «Начальники не понимают, – подчеркивалось в приказе, – что крушение или авария подобны поражению отдельной воинской части в бою и, подобно ему, должны быть лично изучены командиром транспорта во всех деталях для того, чтобы уроки этого поражения были полностью усвоены для исправления недостатков и улучшения всей работы».

Начальникам дорог предписывалось «лично взять в свои руки дело борьбы с авариями и крушениями и, не ограничиваясь разбором причин аварий и крушений, принимать все необходимые оперативные меры хозяйственно-организационного и технического порядка как по скорейшей ликвидации аварий и крушений, так и по их предупреждению». Им надлежало лично изучать каждое крупное крушение и лично выезжать на место для расследования крупных крушений. Против последнего пункта восстали начальники дорог и их покровители в аппарате НКПС. Возникла острая полемика.

Из брошюры Л.М. Кагановича «Год подъема и ближайшие задачи железнодорожного транспорта» 1936  [РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 316. Л. 1, 2 об. – 3, 62 об. – 63]

«Я прекрасно понимал, – пишет Каганович, – что при наличии такого большого количества крушений начальнику дороги не поспеть даже за важными крушениями, но я им отвечал: „Во-первых, постарайтесь, чтобы доля больших крушений была поменьше, а во-вторых, вы можете послать иной раз и своего заместителя. Наконец, в-третьих, главное заключается в том, чтобы вы поняли, что выезжать на линию, бывать в „войсках“ во время боя – это и есть ваша важнейшая обязанность. Не ограничиваясь только подписыванием бумаг, побывав на месте крушения, вы сумеете глубже познать незавидное, безобразное положение на своей дороге во всех своих службах и со всей большевистской остротой и гневом обрушитесь на безобразия и безобразников, приводящих к гибели неповинных людей и государственного имущества при крушениях“».

Несогласные продолжали стоять на своем. Чем упорней они возражали, тем решительнее Каганович отстаивал этот пункт и в конце концов отстоял.

О своей стычке с начальниками дорог Каганович доложил Сталину и другим членам Политбюро. Они одобрили его позицию.

Свой пакет предписаний получили также машинисты, путейцы, вагонники, эксплуатационники. Например, путевому хозяйству было предложено проводить сплошной осмотр рельсов, лежащих в пути, и замену в течение месяца рельсов, опасных для движения поездов, не менее двух раз в год; установить графики систематической проверки пути измерителями; снабжать машинистов проверенными продольными профилями пути, восстановив все путевые знаки и установив дополнительные знаки на обрывных местах.