Легенда, утопия, быль в ранней американской истории

Уолтер дописал: «16 марта 1583 года». Отложил перо. Откинулся на высокую спинку кресла, хотел скрестить ноги, но вспомнил про банты туфель. Поморщился, оглядел, хорошо ли натянуты чулки, поправил манжеты. Скоро в Лондон.

Мысль о брате не оставляла. Уолтер сожалел, что не сможет разделить с ним опасности пути, риск столкновения с испанцами, удачу открытий. Ну, и славу… Не отпускает королева — его повелительница и покровительница. Задумался… Предполагал ли он когда-то, что приблизится к самому трону?

Почти мальчиком, в 16 лет, Уолтер Рэли вместе с братом уезжает на войну во Францию и четыре года сражается на стороне гугенотов. Увы, не было громких побед, не сбылись надежды на быстрое повышение. Вернувшись на родину, он поступает в Оксфорд, но не заканчивает курс обучения. Переезжает в Лондон, где ведет жизнь гуляки и бретера, а также пишет стихи. Хэмфри знакомит его с влиятельными людьми. На молодого ветерана — статного, щеголеватого, решительного — обращает внимание стареющая королева. В 1580 г. он участвует в жестоком подавлении ирландского восстания. Через год возвращается в столицу. В глазах королевы — возмужавший, непреклонный и преданный исполнитель ее воли. Тогда и взошла его звезда. Брата он застал за составлением плана экспедиции в Северную Америку. Помогал ему всем, чем мог. Убедил королеву. Она считала, что судьба не благосклонна к предприятиям Хэмфри. Может быть, понимала, что младший брат захочет последовать за старшим. Не хотела этого…

Он остается. А сейчас пора уходить…

Уолтеру Рэли — фавориту королевы, придворному, государственному деятелю, богачу, политику, купцу и воину — предстояло участвовать в торжественном выезде Елизаветы I. По дороге нужно было обдумать предстоящий разговор с Уоллсингемом. Уолтер встал, поправил портупею. Взяв со стола письмо, вышел из кабинета. Миновав несколько покоев, спустился вниз. Там его ждал слуга, готовый подать шляпу, плащ и шпагу, а также посыльный принявший письмо. Вдев шпагу, оправив движением плеч накинутый плащ, «капитан стражи ее величества и генерал-лейтенант ее высочества в графстве Корнуолл», сэр Уолтер Рэли, пройдя через растворенную для него дверь, поспешил к поджидавшей карете…

11 июня 1583 г. Хэмфри Гилберт вывел в море 5 кораблей с экипажем 260 человек. В начале августа, потеряв в дороге одно судно, эскадра прибыла к Ньюфаундленду. Гилберт объявил его английским владением. В водах острова в то время ловили рыбу корабли под всеми флагами. Чаще других посещали его португальцы и французы. Гилберт заставил рыбаков подчиниться своей власти и отнял у них улов. Кроме того, он издал закон об обязательности на острове англиканского вероисповедания, о наказании лиц, не признающих английского суверенитета и оскорбительно отзывавшихся об английской королеве.

Суровый климат и неумелая организация экспедиции сильно затрудняли освоение острова. Иностранные моряки, не желая подчиняться указам Гилберта, снялись с якорей. Замерзавшие, голодные и уставшие колонисты хотели вернуться домой. Продолжать путешествие? Они не хотели и думать об этом. Ни угрозы, ни уговоры не помогали. Гилберт в конце концов уступил. Держа свой флаг на фрегате «Сквирл», он с тяжелым сердцем повел корабли в обратный путь.

«В понедельник, 9 сентября, после полудня, — показал позже капитан „Голден хайнд“ („Золотой лани“) Эдвард Хейс, — фрегат, захлестываемый волнами, едва не пошел ко дну, но тогда ему удалось удержаться. Делая ободряющие знаки, генерал, сидя на корме с Библией в руке, крикнул нам на „Лань“ (мы как раз приблизились настолько, что могли слышать друг друга): „Море и суша одинаково ведут в небо!“ Повторяя эти слова, столь приличествующие воину, я могу засвидетельствовать, что он был непоколебим в своей вере в Иисуса Христа.

В ту же ночь понедельника, около полуночи, или чуть позже, огни фрегата, шедшего впереди „Золотой лани“, неожиданно исчезли, и он стал сразу невидим. Тогда же наш марсовый крикнул, что корабль генерала затонул. Так оно и было: в тот самый момент море поглотило фрегат».^{19}

Можно предположить, что капитан Хейс приукрасил поведение Гилберта, положив начало легенде, живущей и по сей день. Тем не менее эта легенда, несомненно, отражает дух напористого и удалого мужества, которое было присуще пионерам английской колониальной экспансии наряду с разбойничьими наклонностями и жаждой наживы.

Итак, не напрасно Гилберт перед отплытием в Америку составил подробное завещание. Королева, сомневавшаяся в его удачливости, оказалась права. Рэли не мог допустить, чтобы случившееся с братом бросило мрачную тень на него самого. Он, Уолтер, сделает то, что не удалось Хэмфри!

Прошло около полугода после трагической гибели брата, и 25 марта 1584 г. Рэли держал в руках королевский патент на открытие и приобретение «варварских стран и земель». Как и в патенте Гилберта, с оговоркой: «не принадлежащих какому-либо христианскому государю».^{20} С претензиями Испании еще считались.