«Любимые, ждите! Я вернусь…». Фронтовые письма 1941–1945 гг.

Усачев Яков Терентьевич – кремлевский курсант, комиссар Реутовских лагерей, член военного трибунала. Судьба неизвестна. Прислала его родственница – Гуревич В.С.

09.05.1942 г. Здравствуй, Аня!.. Я нахожусь почти на фронте, в 8 км от передовой линии. Уже достаточно привык и живу, как дома, не обращая внимания на стрельбу. В прошлом году я ведь был в переплетах, а в этом году уже не страшно. Фрицы это уже не те, которые были в прошлом году, с них спесь сбили, да и наша Красная армия закалилась, и не только армия, но и народ. Почувствовали свою настоящую силу, от которой дрожат фрицы, как в лихолетье.

В этом году они эту силу, русскую удаль почувствуют еще не так, как зимой. Ждем победоносного движения на запад до полного уничтожения фрицев, посягнувших на нашу землю, на наш народ.

Аня! Помнишь весну 1941 г., когда я был в Москве. Я говорил, что от этих «друзей» – фрицев хорошего ожидать нельзя, надо быть готовым к войне. Я видел их в Бессарабии и в других местах и чувствовал, что после случилось, но ничего. Переживем это тяжелое время и будем надеяться, что в конце 1942 года встретимся в Москве, когда уже будет достигнута победа над фрицами.

Пиши мне, дорогая, о своей жизни.

Я нахожусь недалеко от своей родины. Скоро она будет свободна от фрицев. У нас тепло. Уже полная весна…

Ф. М-33. Оп. 1. Д. 265.

Усенко Яков Гаврилович – 1914 г.р., Луганская обл. Был учителем. В годы войны – комиссар. Пропал без вести в 1942 г. 16 писем.

17.01.1941 г. Ну, мои милые – здравствуйте!!!

Любовь моя! Как получишь мое письмо, то собирайся и сейчас же выезжай. Как-либо урегулируй с работой (отпуск попроси) на 10–15 дней. Поездом придется ехать тяжело, но надо выдержать. Надо понять, что это один раз на всю твою жизнь. Люди едут за сотни километров, а тебе всего близко.

До Ворошиловграда ты доедешь свободно. В Ворошиловграде главным образом надо достать билет и усадится в положенный поезд, который идет до Старобельска. С собой обязательно надо захватить паспорт и справку от с/совета, т. к. на станции проверяют документы. Захвати самогончику (только хорошего).

К моим родным заедешь отсюда.

Любочка! Мне почему-то не верится, что я был у Вас и всех Вас видел. Мне кажется, что это сон. Я хочу еще видеть тебя по-настоящему. Я почему-то вновь полюбил тебя, чем объяснить? Я расскажу.

До свидания. Ожидаю тебя.

Целую. Остаюсь: твой (подпись).

17.07.1941 г. Здравствуй любовь моя!

Вчера я послал тебе небольшое письмо с новым адресом, но не знаю пошло оно или нет, так как я его передал через не совсем надежных людей. Мы находимся в лесу, поэтому письма приходится передавать. Кроме того, адрес посылаю теперь абсолютно точный.

С этой целью я решил написать и сегодня. Думаю, что обижаться за это не будешь. Письмо пишу сейчас в одной деревне, возле двора. Сейчас маленькая девочка принесла мне вишень и огурцов.

Вообще местное население очень заботливо нас встречает. Очень многие спрашивают за фронт, за войну. Много осталось вдовушек и все спрашивают за своих мужей. Люба! Сегодня я посылаю письмо и родным, ибо я знаю, что мать сильно беспокоится. Ты пиши им чаще, иначе мать заболеет и помрет. Особенно если и Клаву забрали на войну. Люба! Я стал часто сейчас писать потому, что имеется возможность. Мы передвигаемся и поэтому можно написать. Когда подступим к фронту тогда такой возможности не будет. Но я постараюсь отвечать на твои письма.

Возможно есть фотография, то пришли. Быть может с ней придется умирать на поле боя. Пиши обо всем, чаще и подробнее. До свидания. Целую Вас.

Твой Яша.

20.07.1941 г. Родные мои Люба, Люда и Женя!

К Вам мои теплые слова привета и любви. Как видите я снова и снова Вам пишу. Это объясняется тем, что сейчас имеется возможность писать т. к. подготовляемся в очередной бой с Германским фашизмом, поэтому иногда бывает свободная минутка. И вот эту свободную минутку я стараюсь использовать для того, чтобы написать Вам письмо. Других стремлений у меня не бывает. Люба! Сейчас наступает ночь с мелким и густым дождем. Мы только что расположились в одном бывшем советском селе. Все уставшие и измотанные без сна сейчас лежат спят. Глаза слипаются от бессонницы, но я пишу. У меня в сумке есть консервы, печенье, рыба. И главное – я достал огурцов и красных вишень. Люба, потемнело и я окончательно устал, поэтому кончаю писать и продолжу завтра.

Сегодня продолжаю писать, дождь снова и снова идет. Хотелось бы отдохнуть в теплой и уютной домашней комнате. Но сейчас думать об этом не приходится. Борьба предстоит огромная и ужасная. Темные ночи, ураганный огонь, тяжелые бессонные ночи ничто не может нас усыпить. Мы рвемся в смертельный, но победный бой.

Пиши, я ожидаю уже давно. Как хочется видеть Вас хотя бы на одну минутку.

До свидания. Целую Ваш (подпись).